Красивые вещи

А вот прекратить это существование намного, намного сложнее, но это уже совсем другая история.

Вряд ли Ванесса когда-нибудь узнает, как старательно мы трудились над своими профилями в социальных сетях ради нее. В онлайне можно встретить тысячи других Майклов О’Брайенов и Эшли Смит. В этом море ей будет очень сложно обнаружить именно нас. Но если она приложит к поиску усилия, она таки найдет нас, и информации о нас получит ровно столько, чтобы удостовериться в нашем существовании. Этого хватит, чтобы прогнать любые сомнения и опасения.

В конце концов, если в наше время вы не желаете подвергать себя публичному препарированию, люди могут решить, что вы хитры и недостойны доверия.

Ванесса немного покопается в Интернете и уверится в том, что Майкл и Эшли совершенно нормальные люди, как о том и сказано в данных нашего профиля. Приятная творческая пара из Портленда, решившая посвятить целый год путешествиям по Америке и работе над креативными проектами. Мы написали ей о том, что нам всегда хотелось какое-то время пожить на озере Тахо.

Мы даже подумывали о том, чтобы задержаться там на зиму, чтобы покататься на горных лыжах.

«Звучит прекрасно, – написала Ванесса в ответ почти сразу. – Это спокойное время года, а оставаться здесь вы сможете столько, сколько захотите».

А надолго ли мы останемся? Ровно на столько времени, чтобы успеть внедриться в ее жизнь, раскрыть тайны Стоунхейвена и нагло ограбить ее. При этой мысли я ощущаю легкий укол удовольствия – нечто мстительное и мелочное. Я понимаю, что эти чувства надо в себе подавить.

«В этом не должно быть ничего личного. Это не должно соприкасаться с прошлым».

Лахлэн допивает содовую, комкает салфетку и швыряет ее в сторону оскаленной морды деревянного медведя у нас за спиной. Комок бумаги попадает в пасть медведя и зацепляется за торчащие острые клыки.

– Давай-ка тронемся в путь, – говорит он. – Гастроли начинаются.

В горах темнеет рано. Мы выходим из ресторана, и вскоре начинается дождь, мелкий, моросящий. Дорога становится скользкой и коварной.

Фуры дальнобойщиков тянутся вверх по склону горы медленной вереницей. Слева нас со свистом обгоняет полноприводный универсал. Мы на винтажном BMW Лахлэна держимся на средней полосе. Когда у тебя на машине фальшивые орегонские номера, скорость превышать ни в коем случае нельзя. На перевале Доннер, на самых высоких пиках уже лежит корка грязного снега, и он поблескивает в лучах угасающего солнца.

Я смотрю на дорогу – и ничего не узнаю.