Красивые вещи

Он словно бы покатал мое имя во рту, стараясь связать его с воспоминаниями. А я гадала, такой ли он отец, который позвонит моей матери и нажалуется на меня. Может быть. А может быть, мать Бенни возьмет эту честь на себя. Я представила себе, как моя мама посылает их обоих куда подальше.

Бенни наконец справился с трусами и, сгорбившись, остановился у двери, закрывая руками оголенную грудь.

– Папа… – промямлил он.

Его отец резко обернулся и поднял вверх руку с вытянутым указательным пальцем:

– Бенджамин. Ни.

Одного. Слова.

Затем он повернулся ко мне и одернул полы пиджака, что, похоже, его немного успокоило.

– Нина Росс. Ты немедленно уйдешь, – произнес он ледяным голосом. – И больше ты никогда не явишься сюда. С этой минуты ты навсегда покинешь Бенджамина. Тебе понятно?

Воздух словно бы наполнился каким-то странным запахом – сильным и резким. Это был ужас Бенни, это он изливал в воздух свой страх, беспомощно глядя на меня. Он вдруг словно бы уменьшился, стал ребенком – при том, что был на целых полфута выше отца.

Мне вдруг страстно захотелось защитить его от всего, что могло навредить ему. Я подумала о Нине на рисунке Бенни, о супергероине с окровавленным мечом. И я, внезапно ощутив спокойствие, туго обмотала простыню вокруг себя.

– Нет, – услышала я собственный голос. – Вы не можете приказывать мне. Мы любим друг друга.

Мышцы на лице мистера Либлинга дернулись так, словно его ударило током. Он шагнул ближе ко мне, наклонил голову. Его голос прозвучал хриплым лаем:

– Юная леди, вы не понимаете.

У моего сына здесь нет права слова.

Я посмотрела на Бенни, скорчившегося в углу. В эту мучительную секунду я подумала – может быть, его отец прав, но все же сказала:

– Я его знаю лучше, чем вы.

И тут отец Бенни расхохотался. Его смех был невеселым и унижающим.

– Я – его отец. А ты… – он смерил меня взглядом с головы до ног. – Ты никто. Ты мусор. – Он указал на дверь. Убирайся, или я вызову полицию, и тебя увезут.

Он повернулся к Бенни и провел рукой по своей лысине, словно бы проверяя, все ли в порядке у него с черепом.

– Теперь ты. Через пять минут чтобы был в моем кабинете, одетый, как положено. Ясно?

– Да, – ответил Бенни почти шепотом. – Сэр.

Отец долго смотрел на Бенни. Его взгляд пробежал по длинным опущенным рукам сына, по его впалой груди. И тут с его губ сорвался звук, похожий на вздох. Я увидела, что у него внутри словно бы что-то сдулось.

– Бенджамин, – произнес он и протянул руку к сыну.