Мальчик глотает Вселенную

– О, да-а, – говорит Даррен с гордостью. – Я купил его в ломбарде. Точил сегодня шесть часов подряд. Думаю, я смог бы снести тебе голову одним ударом. Хочешь посмотреть?

– И как же я увижу это без головы?

– Твой мозг будет все еще работать даже после того, как ее отрубят. Это вышло бы круто. Твои глаза смотрят с земли, а я машу тебе ручкой и держу твое безголовое тело. Черт. Какой забавный способ проветрить мозги.

– Ага, я просто голову теряю от смеха. Ну ничего себе, сходил за хлебушком!

Даррен ржет.

– Хорошая шутка, Тинк, – говорит он.

Затем за секунду становится серьезным, прижимая клинок сильнее к моей шее. –   Зачем ты шпионишь за своим отцом?

– Он не мой отец.

– А кто же он?

– Парень моей мамы.

– Он хорош?

– Хорош в чем?

Лезвие уже не так сильно давит мне на шею.

– Хорош для твоей мамы.

– Да, он действительно хорош.

Даррен опускает меч, подходит к батуту и устраивается на краю, свесив ноги через стальные пружины, удерживающие черный брезент. Он одет во все черное, его свитер и спортивные штаны такие же черные, как его волосы, подстриженные под горшок.

– Хочешь закурить?

– Ясное дело.

Даррен убирает меч с края батута и вонзает его в землю, чтобы освободить мне место рядом с собой. Он вытаскивает две сигареты из мягкой белой пачки без названия, раскуривает обе и протягивает одну мне. Я делаю осторожную затяжку, и она обжигает меня изнутри, заставляя сильно закашляться. Даррен смеется.

– Северовьетнамский табачок, Тинк, – улыбается он. – Бьет по мозгам, как мул копытом.

Забористая штуковина.

Я от души киваю. От второй затяжки голова идет кругом.

Мы смотрим через раздвижные двери гостиной на Лайла, Бич и Квана, беседующих над пластиковой коробкой для льда.

– Они нас не увидят? – спрашиваю я.

– Не, – говорит Даррен. – Они ни черта не замечают, когда проворачивают дела. Долбаные дилетанты. Это их погубит.

– Чем они там занимаются?

– Ты не знаешь?

Я качаю головой. Даррен улыбается.

– Да брось, Тинк. Ты должен знать.

Может, ты и полный австралиец, но не такой уж тупой.

Я улыбаюсь.

– Эта коробка наполнена героином, – говорю я.

Даррен выдыхает в ночь сигаретный дым.

– И… – подталкивает он.

– И фиолетовый фейерверк был чем-то вроде секретной системы оповещения. Так твоя мама дает знать своим клиентам, что их заказы готовы.

Даррен улыбается:

– Свободная касса!

– А фейерверки разного цвета для разных дилеров.

– Очень хорошо, Простачок, – кивает Даррен.