Луна

– Как вам известно, – продолжал посланник, – король – человек чрезвычайно сдержанный и не любит выказывать эмоции при посторонних. Если он на вас и впрямь сердится, вы непременно об этом узнаете, когда останетесь с ним наедине.

Каллум трудно сглотнул. Неужели отчим каким-то образом узнал, что старший принц потерял младшего и тот ещё не собран?

– Вы хотели меня видеть, сэр? – Каллум переступил порог тронного зала. Вернее, сначала просунул в дверь голову, потом робко просочился внутрь всем телом.

Тяжёлые двери гулко захлопнулись за ним.

Король Харроу обернулся к пасынку. Лицо его было изборождено морщинами тревоги.

– Принц Каллум, – начал он мрачным голосом.

– Да, мой король, – мальчик коротко формально поклонился.

Король явно был глубоко озабочен. Он протянул руку, чтобы ободряюще потрепать мальчика по плечу.

– Каллум, расслабься… Тревожиться не о чем. И оставим эти формальности.

– Как скажете, – отозвался тот, но всё равно не сумел расслабить напряжённые плечи.

Король помолчал, созерцая росписи на высоком потолке, потом перевёл взгляд на пасынка и улыбнулся.

– Каллум, хотя я и не родной отец тебе, я всегда хотел, чтобы ты питал ко мне сыновние чувства. Мы – одна семья. Просто решил тебе об этом сказать. – Он перевёл дыхание. – Вот ещё что… Прости меня, если я бывал к тебе суров. Знаешь, мне непросто просить у тебя прощения. Итак, я написал тебе одно такое послание. Просто записал несколько важных вещей.

Из складок мантии король извлёк свиток пергамента и протянул мальчику.

Каллум осторожно повертел его в руках: свиток был запечаткн красной королевской печатью владыки Католиса.

– Вы… написали мне письмо? – недоумённо спросил он.

– Да. Это очень личное письмо. Оно не предназначено ни для чьих глаз, кроме твоих. В своё время ты поймёшь. Я хочу, чтобы ты сломал печать не раньше, чем… В общем, ты сам поймёшь, когда наступит срок.

– В смысле не раньше, чем вы умрёте? – внезапно взорвался Каллум.

 – Вы думаете, я ничего не знаю? Думаете, я не понял, что происходит?

Король удивлённо отступил на шаг, вопросительно глядя.

– Я знаю про ассасинов, – выдал Каллум.

Король наклонился, чтобы положить пасынку руки на плечи, заглянул ему в глаза.

– Война полна превратностей, Каллум, – сказал он тихо. – Я надеюсь, что в ближайшее время тебе не придётся ломать печать на этом письме. Но мы должны быть готовы к худшему. На всякий случай.