Что гложет Гилберта Грейпа?

 – Такер поднимает руки, защищая голову от сыплющейся побелки.

До туалета мама добирается не скоро. Скрип прекратился: надо понимать, она уселась. Эми включает в комнате Эллен проигрыватель, ставит альбом Элвиса «Aloha from Hawaii»; звучит его версия «Suspicious Minds»[1 - «Подозрительные умы» (англ.); песня Марка Джеймса (1968), ставшая год спустя большим хитом в исполнении Пресли.].

– Это, – говорю, – условный знак.

Мы бросаемся наверх за оставшимися стройматериалами.

За три ходки перетаскиваем их в подвал.

Когда мы с Такером вылетаем из дома, Эми вырубает Элвиса. Садимся каждый в свой грузовичок. Эми стоит на пороге, поднимая кверху большие пальцы, но вдруг резко разворачивается. Не иначе как мама спустила воду.

Мчимся по улице. Сворачиваем налево по Вайн, оставляем позади методистскую церковь. И что я вижу: Эллен тащит Арни за ноги. Пришлось сбросить скорость. Наш слабоумный лежит на земле и цепляется за пучки жухлой травы, чтобы не дать Эллен разогнаться. Она хватает его за волосы и со всей силы дергает.

Я ударяю по тормозам, соскакиваю с подножки:

– Не смей! Не смей!

Она отпускает его волосню, отбрасывает с лица свою челку и лыбится – мол, что я такого сделала?

– Стерва мелкая, – кричу ей, перебегая через дорогу.

Арни свернулся клубком. Эллен – в слезы.

– А что прикажешь делать? Он домой не идет! Я все перепробовала. Конфеты! Уговоры! Ласки ниже пояса! Его домой калачом не заманишь, а у меня… это… у меня же…

– Что «у тебя же»?

– Сам знаешь… у меня дел полно.

– Ты опять его била…

– Кто-то выбросил попкорн, а он его подъедать стал. Грязный, пыльный…

– Если еще хоть раз поднимешь на него руку, я…

Эллен запрокидывает голову, чтобы я уж точно заметил ее слезы.

Как брат и вообще как член семьи, я мирюсь со многим. С моими сестрицами, с матерью, с этим городком. Я выдержу что угодно. Но одного не потерплю ни за что. Кто обидит Арни, тому пощады не будет.

За этого мальца я убить готов.

– На самом деле я его не била.

– Только попробуй драть его за волосы и вообще к нему прикасаться. Клянусь, я тебя выпорю.

– Ну и кто из нас злодей?

Наш даун по-пластунски ползет через луг. Подхожу, ложусь рядом с ним на землю и говорю:

– Мне пора на работу. Но кто-нибудь должен остаться дома, чтобы защищать маму и Эми. И даже Эллен. Ты готов стать их защитником? Охранником? Я на тебя рассчитываю, друг.

Он замер – шевелит мозгами, потом, не глядя на меня, кивает.