Суровая Родина. Кемерово

Построенные им четыре рабочих посёлка принадлежали к одним из первых в мире образцов благоустроенного социального жилья. Невиданными чудесами были санузлы внутри жилища: душ, ванна, унитаз. Но такое новаторство вызвало большое недовольство у местных партийных бюрократов. За то, что голландец приучал русских рабочих к элементам буржуазной культуры, его раскритиковали в газете «Кузбас» и даже хотели исключить из партии. И правильно критиковали: в Сибири дощатый уличный туалет с дыркой в полу – до сих пор надёжный друг человека.

Руководству колонии доставались удары и сверху, и снизу, и в пах, и в печень. Кураторы от партии требовали быстрее и больше промышленной продукции и не отвлекаться так сильно на все эти буржуазные «бытовые удобства». Рабочие из местных считали, что эти американцы жируют, получая по сравнению с ними баснословные зарплаты. Некоторые заграничные спецы, видя этот бардак, уезжали домой раньше срока. В силу языкового барьера иностранцы жили достаточно изолированно от местных, и образовалась своеобразная «немецкая слобода», что ещё больше злило местных: «Понаехали тут!».

Несмотря на эти, как потом покажет жизнь, непреодолимые противоречия, дирекция АИК смотрела в будущее с неиссякаемым оптимизмом и действовала не по принципу «после нас хоть потоп», а принимала такие дальновидные решения, за которые мы им сейчас должны поклониться в пояс. Есть такое слово – совесть!

Рудничный бор, который входил в состав отданных АИК на эксплуатацию территорий, не был на тот момент защищён никакими охранными грамотами.

Среди планов «аиковцев» было сооружение моста через Томь. Всерьёз рассматривались две идеи: привлечь шахтёров и прорыть тоннель под рекой (но от этого проекта отказались из-за его дороговизны). А вторая идея принадлежала американскому инженеру Коттеру, предложившему соорудить висячий мост наподобие знаменитого моста «Золотые ворота» в Сан-Франциско.

Красивая, короткая сказка. Жизнь АИК «Кузбас» оказалась недолгой. Внедряемые в колонии американские технологии, принципы управления и особый статус пришлись как «кость в горле» советской власти. Государство укрепилось в других подходах к организации производства и оплате труда. Всё должно быть дёшево и сердито. А скоро, в 30-х, эти идеи уйдут ещё дальше.