Дорога тайн

Он и правда не мог вспомнить, когда ему было так хорошо, хотя позже – менее чем через неделю – уже забыл, о чем они тогда говорили. О его романах? О его детстве?

Встречаясь со своими читателями, Хуан Диего осторожничал, чтобы не сболтнуть слишком личного о себе, поскольку, как правило, его читателей именно это и интересовало. Он часто пытался перенаправить разговор на жизнь своих читателей; так что он наверняка попросил бы Мириам и Дороти, чтобы они рассказали ему о себе. Как насчет их детства, их юности? И Хуан Диего, видимо, спрашивал этих дам, хотя и аккуратно, о мужчинах в их жизни; конечно, ему было бы любопытно узнать, с кем они связаны.

Тем не менее он ничего не помнил о разговоре в Коулуне – ни слова, – помнил лишь, с каким абсурдным вниманием изучал в экспрессе из аэропорта по пути в Коулун свой проездной билет и только обрывки разговора о книгах по пути обратно в отель «Регал».

Только одно и застряло у него в памяти на их обратном пути – момент неловкости в глянцевом, вылизанном вестибюле станции метро «Коулун», когда Хуан Диего стоял с двумя женщинами на платформе в ожидании поезда.

Стекло и позолота интерьера с поблескивающими мусорными баками из нержавеющей стали, выставленными, как стражи чистоты, придавали станции вид больничного коридора. Хуан Диего все не мог найти иконку «камера» или «фото» в так называемом меню своего мобильного телефона – он хотел сфотографировать Мириам и Дороти, – и тогда всезнающая мать забрала у него мобильник.

– Мы с Дороти не фотографируемся – видеть себя не можем на фотографиях, – но дайте я сделаю ваше фото, – сказала Мириам.

На платформе, кроме них, была только одна молодая китайская пара (дети, подумал Хуан Диего) – они держались за руки. Молодой человек наблюдал за Дороти, которая выхватила телефон Хуана Диего из рук матери.

– Лучше мне это сделать, – сказала ей Дороти. – У тебя получаются ужасные снимки.

Но молодой китаец со словами: «Я могу снять вас всех сразу» – взял телефон у Дороти.

– О да, благодарю вас! – сказал ему Хуан Диего.

Мириам бросила на дочь взгляд, в котором читалось: «Если бы ты позволила мне снять, Дороти, этого бы не случилось».

Раздался гул приближающегося поезда, и молодая китаянка что-то сказала своему дружку – наверняка чтобы он поторопился, раз поезд близко.

Китаец так и сделал. Фотография застала Хуана Диего, Мириам и Дороти врасплох.