Я стою у ресторана: замуж – поздно, сдохнуть – рано!

Когда он ее увидел, все, что он думал, показалось чудовищным, нелепым, будто он очнулся утром после страшного сна.

Она медленно шла по обочине тротуара, стараясь при каждом шаге попадать ногой на новую плитку, наверное, она что-то загадала и считала шаги, как девчонка. Он шел рядом.

Так они шли по улице, изредка поглядывая друг на друга. И если кому-то из них удавалось поймать взгляд другого, они оба невероятно радовались.

Она вдруг сказала:

– А я ведь думала, что больше мы никогда не увидимся…

Потом они снова шли молча и играли в новую, еще более странную игру: они находили ощупью пальцы друг друга и сжимали до хруста.

Он проводил ее домой. В парадном они поцеловались. Потом она стала подниматься по лестнице, а он целовал ее на каждой ступеньке, увеличивая и увеличивая число поцелуев.

– Пропали мои губы, – шептала она.

Так они дошли до ее квартиры.

Они зашли в квартиру, потому что родители были на даче и входить ей одной в темную квартиру было неприятно.

В темноте передней они снова целовались, и только потом она зажгла свет. Но тут выяснилось, что они оба «совсем не хотят спать». И он решил не уходить еще полчасика…

Так наступило их первое утро. Как радостно, счастливо «все было». И как они проснулись, и она засмеялась и прекрасно сказала: «Димка, всю ночь… после… ты меня обнимал. Я так и проснулась, обнявшись…»

Наверное, он просто боялся, что она убежит.

Потом она встала и совсем голая пошла в ванную… И он совсем потерялся от ее красоты.

Было очень рано, когда они вышли из дому. Он удивился, как светел воздух и как громко поют птицы.

Он подумал, что днем они, наверное, тоже не молчат, просто их не слышно из-за шума на улицах.

Они шли к метро.

– Какое сегодня число? – спросила она.

– 12 июля.

– Сегодня «Самсон-ветродуй»…

Она засмеялась и прибавила:

– Надо же… Наш первый день с тобою – с таким глупым названием.

Она сказала, что в прошлом году жила в деревне у бабушки и выучила там все дни народного календаря. Он тоже захотел выучить. Они шли к метро и учили бабушкин народный календарь.

– Когда будет «Мокрида»? – спрашивала она.

– 26 июня, – отвечал он радостно и наобум.

– Нет, 26-го – «Акулина-гречишница». А когда будет «Зиновий – Синичкин праздник»? Не знаешь… Не знаешь…

За это ее знание последовал поцелуй.