Мера всех вещей

Сами знаем, как первые из эллинов – аргивяне, беотийцы, коринфяне – пораженные страхом, приходили просить защиты у города; и что всего удивительнее, даже сам царь находился в таком затруднении, что не оставалось ему ниоткуда более ожидать спасения, как от того города, который прежде старался он погубить[92 - Те события, которые здесь разумеет оратор, выставлены им в таком свете, что более благоприятствуют афинянам, чем исторической истине. Дело было так: лакедемоняне, желая помочь Киру Младшему против законного государя Персии, Артаксеркса II, послали ему, под предводительством Агезилая, значительный вспомогательный корпус.

Артаксеркс, не имея сил противостоять этому войску, решился действовать на греков деньгами. Он отправил большие суммы разным греческим республикам и побудил их поднять союзную войну против спартанцев, чтобы через то отвлечь Агезилая от его цели в Азии. Этот маневр Артаксеркса удался совершенно: аргивяне, беотийцы, коринфяне и афиняне объявили Спарте войну и вели ее очень успешно. Спартанцы, видя, что им не справиться с союзниками, вызвали из Азии Агезилая, который, возвратившись, остановил на суше успехи неприятелей.]. И вот, если бы кто захотел справедливо осуждать наш город, то в осуждение его мог бы справедливо сказать только то, что он всегда слишком сострадателен и попечителен о слабом. Так-то и в тогдашнее время не в состоянии был он утерпеть и устоять в своем слове – не помогать никому порабощаемому, кто обижал его, но склонялся и помогал и, подав помощь эллинам, избавил их от рабства, так что они были свободными до тех пор, пока не поработили сами себя; помочь же царю он не отважился, стыдясь трофеев Марафона, Саламина и Платеи, а позволил только ссылочным[93 - Это, без сомнения, надобно относить к Конону, который, быв изгнан из Афин, тем не менее заботился об освобождении своего отечества и, отправившись к Фарнабазу, с помощью его рассеял флот лакедемонян. ] и наемникам идти к нему на помощь и, бесспорно, спас его. Потом, восстановив стены и построив флот, он ожидал войны и, когда принужден был воевать, вступил в войну с лакедемонянами за парийцев[94 - Ни история, ни география древнегреческого мира не решает, что это были за парийцы, за свободу которых Конон воевал против Спарты. Филологи разным образом изменяли и объясняли слово париец: по мнению Дальмана (l. c. p. 33), этим указывается на опустошение Ферары, лакедемонской колонии в Мессинии. (Xenoph. Hellen. IV, 8, 7), произведенное Кононом и Фарнабазом.