Сатир и нимфа, или Похождения Трифона Ивановича и Акулины Степановны

На второй день рождественских праздников они заперлись часа на два ранее обыкновенного. С ними пришел и сам Трифон Иванович. Явился и Пантелей с узлом купленной ему «купецкой одежи». Пойдя в комнату, Трифон Иванович сиял улыбкой. Акулина между тем сидела около стола пригорюнившись. Известие о том, что муж хочет ее вытребовать к себе, «дабы поучить», крепко затуманило ее. Трифон Иванович осмотрелся по сторонам и, видя, что он находится глаз на глаз с Акулиной, подошел к ней и поцеловал ее.

– Ну, все, что ты просила, исполнено.

Пантелей обмундирован, – сказал он, подсаживаясь к ней. – Завтра может и в лавку с приказчиками идти.

Акулина ничего на это не ответила.

– Что ж ты сидишь и молчишь? – продолжал Трифон Иванович. – Словно будто и не рада, что я так о Пантелее забочусь.

– Что же мне радоваться-то так особенно?

– А зачем же ты так особенно просила, чтоб я обмундировал его и взял к себе в приказчики? Ведь я одежи-то на сто рублей ему накупил.

– Ну, спасибо.

– Полгода ему заживать эти деньги придется.

Ты уж скажи ему, чтобы он старался, потрафлял, да и старшего приказчика слушался.

– Скажу.

– Ну, то-то. А не будет слушаться и не будет потрафлять, то и одежду у него отберу, и его самого прогоню опять в деревню.

– Вас на безобразие-то хватит, вас на это только и взять, – отвечала Акулина и отвернулась.

Трифон Иванович подозрительно посмотрел на Акулину и пошел переодеваться из сюртука и сапог в халат и туфли, свою обычную домашнюю одежду. Переодевшись, он вернулся опять в столовую и застал Акулину все в том же положении, как и оставил: она сидела пригорюнившись.

– Что с тобой, Акулина Степановна? Что ты затуманилась? – спросил Трифон Иванович ласково и хотел обнять Акулину, но она оттолкнула его прочь.

– Подите вы! И без вас тошно, – сказала она.

– Что такое? Что такое стряслось?

– Чувствую, что невры будут, – вот что.

Трифон Иванович удивленно открыл глаза.

– Каки таки невры! Что за глупости? – задал он вопрос.

– А какие невры, какие у всех настоящих дам бывают. Под сердцем вот что-то мутит, и голова как бы не на месте.

– Объелась, верно. Ты гуся-то с капустой не прикончила ли?

– Стану я всякую дрянь есть!.. Просто чувствую, что невры будут.

– Выпей мятных капелек. С них живо нутро осадит.

– Лакайте сами, коли хотите, а мне не надо.

Трифон Иванович, дабы чем-нибудь развлечь Акулину, крикнул к себе старшего приказчика. Старший приказчик явился.