Одно слово стоит тысячи

Кто его знает, куда мог подеваться этот слепой на один глаз баран. Так же, как извозчик Лао Ма, Ян Байшунь боялся темноты. В ту пору, когда Ян Байшуню было тринадцать лет, по соседству с деревнями еще бродили волки. Так что Ян Байшунь предпочел той же дорогой вернуться назад. С двух сторон от тропинки высились колосья посевов, то и дело в них раздавалось уханье филинов, и тогда Ян Байшуня от ужаса прошибал пот. Но когда он уже добрался до деревни и оказался у ворот дома, зайти внутрь он не осмелился. В глазах продавца доуфу Лао Яна он совершил серьезный проступок.

Вот если бы случилось еще что-то в этом роде, но серьезнее… Ян Байшунь не уследил за бараном, а его братья Ян Байе и Ян Байли могли бы потерять осла, и тогда бы Лао Ян забыл про барана и переключился на осла, но как устроить, чтобы братья потеряли осла? Ян Байшунь смотрел на светящиеся окна дома, внутри мелькали чьи-то тени, в отсеке, где готовили доуфу, ходил по кругу ослик, то и дело фыркая, он крутил жернов, который перемалывал бобы. Вскоре свет погас, теперь Ян Байшунь слышал лишь фырканье ослика да скрежет жернова, но зайти в дом по-прежнему не решался. Тут он вспомнил про Ли Чжаньци и пошел к нему. С одной стороны, он хотел попроситься к нему на ночевку, а с другой – разузнать, чем же отличается Ню Вэньхай от Ло Чанли. Однако, подойдя к дому Ли Чжаньци, он заметил, что свет в его окнах тоже погас – скорее всего, Ли Чжаньци уже спал. Зато отец Ли Чжаньци, Ли Боцзян, сидел во дворе у костра из конопляных стеблей и плел корзину, что-то напевая себе под нос. Ян Байшунь уже выучил, что если отец Ли Чжаньци напевает какую-нибудь мелодию, значит, его сыну точно от него досталось. Так что Ян Байшуню пришлось отправиться на околицу, где находилось гумно. Там он решил забиться в кучу соломы и скоротать ночь. Дорогой поднялся такой сильный ветер, что кроны тополей вокруг выли, словно волки. Благо вылезло яркое полукружье луны, и небо просветлело. Ян Байшуня снова стало лихорадить, вдобавок ко всему у него свело живот от голода. С большим трудом он провалился в сон и забылся в беспокойном бреду. Неизвестно, сколько прошло времени, когда его вдруг кто-то растолкал. Ян Байшунь, вздрогнув, очнулся и увидел перед собой черный силуэт. От страха его разом прошиб пот.

– Ты кто? – спросил он.

Черный силуэт наклонился к нему.

– Не бойся, я цирюльник Лао Пай из деревни Пайцзячжуан, просто проходил мимо.

Наконец в лунном свете Ян Байшунь смог разглядеть лицо пришельца.