Дилетантки. Четыре черных чертенка

Там, спиной к ней, уже стояла девица, с виду прилично одетая. Людмила Николаевна заняла место точнехонько позади нее. Какой-то мужчина вышел на площадку между вагонами – подымить, наверное, захотелось. Курить рядом с собой Людмила Николаевна ему бы не позволила, так что он сам себя избавил от разборок. Мимо проехала старушка с тележкой, в которой развозила животных и раздавала в добрые руки.

– Мы будем рады любой копеечке, – обратилась она к Людмиле Николаевне.

Голос ее был таким проникновенным, что та даже обернулась.

Старушенция протягивала ей на ладони серого котенка, явно безродного.

– Возьмите котеночка?

– Да что вы себе позволяете! – отмахнулась Людмила Николаевна. – Уберите немедленно вашего блохастого кота. И вообще проходите мимо, не хватало еще мне вызвать полицию!

– Ходят тут всякие, – пробурчала она, обращаясь к стоящей впереди нее девушке. – Попрошайничают. Проходимцы! Обманщики! Только и делают, что на честном люде деньги зарабатывают.

Женщина понизила голос, присматриваясь к девушке.

Только сейчас она заметила, что с ней было что-то не так. Казалось, у девушки болит голова или ей очень жарко. Она облокотилась головой прямо на желтый круг, нарисованный на дверях вагона. Ранее, из-за шапки с большим помпоном и тусклого света, Людмила Николаевна этого не заметила.

– Как только не стыдно! – сделала она еще одну попытку наладить контакт с девицей, но та не реагировала.

– Вам нехорошо, что ли? – в открытую спросила она у девушки, но та не соизволила поднять головы или хотя бы мотнуть ею.

Тем временем в тамбуре начали собираться люди. Поезд как раз ехал через реку по мосту между двумя большими районами. На удивление, народу в этот раз было совсем немного – та самая мамаша с тремя детьми да парочка молодых людей. Гитарист в вагоне, наконец, закончил играть и двинулся в их сторону.

– А я тоже здесь выхожу, – расплылся он в улыбке, увидев Людмилу Николаевну.

Никто не обращал внимания на странную девушку, облокотившуюся на двери электропоезда.

Дети орали так, что Людмиле Николаевне хотелось заткнуть уши. Ее пробил холодный пот, а сердце заколотилось, предчувствуя беду.

– «Химки», – объявил женский голос. – Следующая станция…

Тут двери открылись, и испуганная Людмила Николаевна увидела, как тело девушки по инерции летит вниз на платформу. Тяжелое и безжизненное, словно статуя.

И вот тогда Людмила Николаевна заголосила.