Комплекс прошлого

Или, скорее, между ними вообще стоял знак равенства, и мы говорили «мужчина», имея в виду пенис, и наоборот. Поэтому мы никогда особо не задумывались о мужчине как таковом. Всегда эрегированные, пенисы появлялись в тех местах, где мы могли бы обнаружить их раньше наших учителей: в нашей курилке, между окнами общежития или на скамейке в саду. Очевидно, преступником был человек, хорошо знающий школу и ее территорию, возможно, садовник или один из электриков. Возможно, нам следовало бояться хищника, скрывающегося в тени, но, лишенные мужского внимания, мы почувствовали себя польщенными.

– Наверное, это мой брат. Он еще тот извращенец, – сказала Лорен. – Или один из тех грязных стариков, с которыми он работает. Вы бы слышали, как много они о вас говорят.

Она ткнула в окно, где пожилой техник в синем комбинезоне складывал сломанные школьные стулья в заднюю часть трейлера. Я не хотела об этом думать.

Прислушавшись, чтобы убедиться, что по коридору никто не идет, я забралась на свою двухъярусную кровать со столом под ней и вытащила фотографию, которую спрятала под открыткой, вместе с остальными, которые мы нашли с тех пор и хранителем которых почему-то стала именно я.

– Вот, смотри, – сказала я.

– Черт возьми, – вскрикнула она. – Посмотри, сколько их.

Я вздрогнула и приложила палец к губам, призывая ее замолчать. Сложно было представить нечто худшее, чем попасться кому-то на глаза, разглядывая эти фотографии вместе с ученицей Короля Эдмунда.

– Ну, – прошептала я. – Что ты думаешь?

Улыбка Лорен погасла.

– Что? Я не рассматривала член своего брата, если ты об этом.

Она покосилась на меня, ее белые ресницы раздраженно дрогнули. Я почувствовала, как волна жара поднимается по моей шее. Она, казалось, выросла в высоту и сердито швырнула фотографии мне на стол. Ее руки вытянулись по бокам. Один кулак сжался. Я вдруг почувствовала себя плохо. Она собиралась драться со мной? В конце концов, она была из Короля Эдмунда.

– Шучу, – сказала она с ухмылкой.

Она толкнула меня.

– Чтоб меня, ты бы видела свое лицо.

– Очень смешно, – сказала я. – Ха-ха.

Но я видела свое лицо, видела наши отражения в крошечном зеркале на задней стороне двери. Мы были примерно одного роста и возраста, но во всем остальном мы были разными настолько, насколько это возможно.