Блики Солнца. Сборник рассказов

Сколько же побед принесли им эти красавцы-близнецы отличные лишь рострой – у одного беркут; другого – сокол… Словно уловив его мысли, Стивен тихо запел:

«Беркут и Сокол – две гордые птицы

В небе парите над бренной землёй,

Сокол и Беркут – гордые принцы,

Удачу держащие верной рукой…»

Бастиан улыбнулся и продолжил:

«И море для вас небесами пусть станет,

Корабль к удаче по жизни несёт,

Сердца ваши биться, пускай, не устанут,

И вражий клинок вас пускай обойдёт…»

Тихий женский голос подхватил песню:

«Пусть золото льётся рекою к вам в трюмы,

Пусть женщины будут о вас лишь мечтать,

И верных друзей рядом будет побольше,

Чтоб недругов злобных бесстрашно сражать…»

Братья вздрогнули от неожиданности и прервали пение, а незнакомка вдруг рассмеялась:

– Ну, что же вы смолкли, принцы?

– Кто ты? Покажись! – потребовал Стивен.

– А не забоишься, корсар? – снова послышался смех из темноты у причала.

– Да будь ты хоть нереидой… – воскликнул Бастиан.

– Хорошо, принцы.

И тут же оба поражённых корсара увидели на краю пристани женщину. Она была молода и прекрасна. Ветер играл её тёмно-каштановыми волосами и складками длинного изумрудно-зелёного платья, словно бы сотканного из морских волн. Всю её стройную фигуру осеняло магическое свечение. И до того была она прекрасна, что в один миг оба брата влюбились в неё без памяти. И не могли они ни слова вымолвить, лишь стояли, как заворожённые и смотрели на красавицу, явившуюся им, во все глаза.

А девушка, меж тем, рассмеялась ещё раз и, протянув к братьям руку, поманила их. В следующий же миг видение исчезло. Обезумев от любви, Бастиан бросился на причал. Он метался, как раненый зверь в клетке, ища и призывая прекрасную незнакомку, но лишь плеск волн, в котором слышался призывный смех красавицы, был ему ответом.

Стивен же, будучи более богобоязненным и чтящим традиции предков, сразу же понял, что за таинственная незнакомка предстала перед ними.

Но напрасно пытался он усмирить брата, успокоить его, говоря: «Брат! Опомнись! Не ищи более встречи с ней – Богиней штормов – Нефеллой!». Бастиан не желал его слушать. И, наконец, в безумии, бросил в низкие, затянутые свинцовыми тучами, небеса:

– Нефелла! Портовая девка! Я клянусь тебе собственной душой, ты будешь моей!

Тут же в сиянии и плеске волн явилась Богиня.