Долина Инферин. Вихри холода

Мне о многом надо поговорить с тобой, но Роман Эдуардович отправил меня на задание, поэтому оставляю наш разговор до лучших времен. Все оказалось сложнее, чем я думал. Даже не подозревал, что ты ни о чем не знаешь. Когда я решу, как лучше преподнести тебе эту информацию, то найду тебя. Пока меня нет, просто подумай о том, кто ты и каково твое истинное предназначение.

Алексей

Я перечитала записку несколько раз, но так и не поняла, чего, собственно, этот Пешехонов от меня хотел. Так со мной еще никто не заигрывал.

И нужно отдать ему должное, его тактика действовала. Я была заинтригована.

– Ого, уже на работе? – Вадим вошел в офис и искренне удивился, увидев меня за столом.

Я попыталась изобразить улыбку на лице. Вадим чмокнул меня в щеку, и взгляд его упал на цветок.

– Это становится невыносимым, – нахмурился он, – от кого цветы?

– Ох, Вадь, я прошу тебя, не начинай снова, – устало проговорила я, выбрасывая цветок в урну и одновременно пряча записку в ящик.

Босс задумался, прошелся из стороны в сторону по кабинету.

Затем глубоко вздохнул и сказал:

– Эмилия, мне самому не нравится то, что я постоянно ревную тебя. Но, кажется, ты значишь для меня больше, чем я думал.

– Вадим, я все понимаю. Не тревожься без причины. У нас все хорошо.

– Вот и славно, – ответил он. – Я только что решил… меня сегодня не будет. Есть кое-какие дела. Отмени все мои встречи.

Вадим достал из кармана ключи от машины, помахал мне рукой и, не прояснив сказанное, ушел. В этот день он так и не вернулся.

В течение нескольких следующих я стала замечать в шефе странные перемены. Он старался быть особенно ласковым и терпеливым. По вечерам мы ходили в бильярд, кино и рестораны, то есть проводили время интересно и приятно. А от Алексея Пешехонова, так внезапно появившегося и вновь исчезнувшего, ничего не было слышно. Катрина не говорила мне про него ни слова, а сама я спрашивать не решалась. В итоге почти забыла и о нем, и о нашей случайной встрече. Как-то Рома вызвал меня в свой кабинет и, когда я вошла, сразу развернул в мою сторону монитор компьютера.

– Посмотри, Эмилия, это же верх профессионализма! – искренне восхищался главный редактор, показывая мне фото, подготовленные для верстки.

Картинки и вправду оказались замечательными: красочные, выразительные и запоминающиеся. На них были изображены холмистые равнины, живописные речные берега, кишащие утками, и мокрый смешной бобер, который сидел на пригорке и держал в лапках сочную зеленую ветку.