Дети стадной эпохи

Однако в питании она себя уже не ущемляла, урок с поносом пошел ей на пользу. Ню Сяоли боялась, что если снова заболеет, то помимо трат на лечение еще и потеряет драгоценное время. Поэтому она питалась трижды в день, не забывая про горячее. Поскольку каждый день она ночевала под открытым небом на автовокзале, Ню Сяоли обзнакомилась с лоточниками, что торговали на привокзальной площади. Пока она завтракала, те интересовались, почему она день-деньской проводит в разъездах и спит на вокзале. И тогда Ню Сяоли рассказывала им о своих мытарствах, связанных с поисками аферисток.

Лоточники и приезжие сочувствовали Ню Сяоли и на чем свет ругали Сун Цайся и Чжу Цзюйхуа, которые позорили своих земляков. Но от их сочувствия было мало толку – ни в поисках, ни в пополнении кармана это не помогало. После одного дня тщетных поисков начинался другой, и на каждый день требовались деньги. Кроме расходов на питание, только на моторикшу уходило семьдесят-восемьдесят юаней, а если дорога была дальней, то и сто с лишним. Всего три дня назад Ню Сяоли сняла пятьсот юаней, а теперь ей снова пришлось идти в банк. Чтобы сэкономить, она отправлялась в путь едва начинало светать, поскольку боялась, что если уедет позже, то возвращаться ей придется затемно по более высокому тарифу. Некоторые деревни располагались ближе друг к другу, а некоторые – дальше, так что за один день Ню Сяоли в среднем объезжала шесть деревень.

Не успела она и глазом моргнуть, как прошло еще три дня. В тот день она успела объездить шесть деревень, а солнце было все еще высоко.

Взглянув на мобильник, она увидела, что было всего полчетвертого. И тогда воодушевленная Ню Сяоли попросила моторикшу съездить еще в одну деревню под названием Идаолянцунь. В этой деревне проживало сразу две Сун Цайся; одну из них Ню Сяоли увидела воочию, другую – на фотографии, обе оказались не теми. Пока то да се, она и не заметила, как стемнело. На обратном пути в уездный центр Ню Сяоли переживала, что моторикша сдерет с нее оплату по ночному тарифу, но тот молчал. На левой щеке у моторикши было большое, размером с ладонь, родимое пятно. Ню Сяоли, которая любила читать роман «Речные заводи», назвала его про себя по имени одного из героев – Синемордый Ян Чжи. Сидя у него в пассажирах, Ню Сяоли думала: «Пусть этот Ян Чжи и безобразен на вид, зато у него доброе сердце, ни дать ни взять – молодец из Ляншаньбо[8 - Местность на территории современной провинции Шаньдун, известная как база крестьянского восстания.