Позолоченная луна

Талли отбросила через плечо свою косичку с бантиком из мешковины.

– Что-то да должно быть, иначе с чего бы вам ржать, как конь, у которого зажгли овин.

Она произнесла это как зажгали. Солу потребовался какой-то момент, чтобы разобрать слова.

Девочка наклонилась к мальчику.

– Мы с Джарси близняшки, хотя и не похожи. – Мальчик подвинулся ближе к ней. – Там, кто вяжет, это Рема, наша тетя. А Керри вы знаете. Это только кажется, что она не смотрит.

Глаза Керри мелькнули в сторону Сола и быстро вернулись к окну.

Талли наклонила голову набок.

– Вам не особо понравятся те, кто выходит подышать воздухом со своих балконов. Все повырядятся, воображалы еще те.

Джарси громко и выразительно прошептал:

– Богатые, как Иисус.

– Как Крёз, – поправила его Рема, не поднимая головы от вязанья. – У Иисуса не было даже захудалого осла, что уж особенно странно, если ты Бог.

Джарси заговорщически спросил:

– А что, вы близко знакомы с мистером Вандербильтом?

Сол, помолчав, ответил:

– Еще с очень давних пор.

В дальнем конце вагона дверь в тамбур внезапно снова распахнулась, стукнув по стенке. С сердцем, забившимся в ребра, Сол кинул взгляд на отражение в окне.

Но это вошли лишь два джентльмена в цилиндрах. Сол имел дело с такими, когда у себя в Италии таскал багаж для туристов: англичан, путешествующих по путеводителю Бедекера, и американцев, смотрящих на все свысока. Эти двое, наверное, пришли из шикарных вагонов в дальнем конце поезда – может, из любопытства, чтобы посмотреть, как путешествуют простые люди, у которых нет плюша, кресел в чехлах, хрустальных канделябров и сияющих зеркал.

Он и раньше видел такое – богатые любят подсматривать за низшими классами, как короли за крестьянами. Как будто они становятся еще богаче от лицезрения этой разницы.

Остановившись в нескольких метрах позади, джентльмены по очереди разглядывали всех пассажиров и тот ландшафт, что еще виднелся в сумерках за окном. Беркович, заметил Сол, незаметно взглянул на эту парочку и застыл.

Лицо побледнело.

У того, кто пониже, были густые коричневые усы, намазанные на концах бриолином.

– Кухня в местном вагоне-ресторане на удивление неплоха, верно, Кэбот? Устрицы очень хороши. И к ним удачно подошел сотерн Шато д’Икем – хотя я бы лично выбрал совсем другое белое. – Он посмотрел вперед. – Потрясающе.

Другой, повыше, чисто выбритый, Кэбот, вытянул шею, чтобы лучше было видно, и ему на глаза упала прядь светлых волос.

– Да. Потрясающе красиво.