Очень короткие рассказы о главном

Такое даже здесь, на Земле, бывает сплошь и рядом: тот, кто по генетическому коду должен стать сапожником, становится солдатом, писатель – учёным… флуктуации. В масштабах вашей галактики это происходит гораздо чаще, чем у нас. Я рад, что вы схватили суть. А сейчас мне необходимо переместиться в укрытие.

Последние фразы прозвучали неким металлическим нивелированным речитативом.

– Ладно. – Судья проводил взглядом крысу, метнувшуюся вдоль стены, и снял со стула пиджак.

 – До понедельника, Володя. Хотя тебя уже, наверное, не будет?

Племянник отупело смотрел в окно.

– Я её… то есть его… на руки брал! – сказал он. – Кто поверит?

Судья потрепал его за вихор.

– Не дрейфь, – сказал он. Володька кивнул, и судья двинулся к выходу. Он был вполне спокоен.

В понедельник утром он уже звонил к брату в дверь. Тот широко распахнул её.

– Входи! – чуть не крикнул он. Щёки у него были малинового цвета, чёрные усы топорщились.

 – Всё! Завтра же иду в санэпидстанцию! Дармоеды!

– Да в чём дело?

– Представляешь, приехал вчера с дачи, а на полу прямо посреди кухни – здоровенная такая крыса, сидит и нагло смотрит. Володька, идиот, кричит: она говорящая! Я ей показал, говорящей! В угол загнал, поймал и прибил гадину!.. У Володьки истерика, в санаторий ехать отказывался, сопляк. Силой пришлось в аэропорт везти! На меня руку поднял, ты можешь представить?!

Судья смотрел на брата, который мерил прихожую вдоль и поперёк.

Брат был на семь лет младше и выглядел круглым, здоровым бодрячком. Судья вспомнил, что в детстве брат не верил сказкам.

– А чего мы здесь толчёмся? – опомнился тот. – Давай, пошли на кухню. Жена завтрак греет.

Судья молча прошёл за ним по коридору.

– Здравствуй, Лариса, – сказал он. Женщина устало улыбнулась и кивнула, стоя возле раковины.

Она чистила картошку, и руки у неё были мокрыми.

– Идите пока в комнату, посидите, – сказала она. – Я, как сготовлю, позову.

Судья смотрел на неё, ещё привлекательную в зрелой своей красоте, и вспомнил, как однажды, когда брат уехал в командировку, по чистой случайности – из-за не до конца закрытой двери – узнал о Ларисе предосудительную правду. C мужчиной, который обнимал её тогда, он был мельком знаком.