О природе вещей

Ныне узнать тебе надобно, Меммий, какая подвижность

Придана этим частицам материи первоначальным.

Утром, как только Аврора рассеет лучи над землею

И разновидные птицы по чащам лесным запорхают,

Песнями звонкими воздух прозрачный везде оглашая,

Мы убеждаемся, что очевидной для каждого станет

Та быстрота, с какой солнце в обычную пору восхода

Мир весь объемлет, лучей своих свет проливая на землю.

Но теплота, что идет к нам от солнца, и свет его ясный

Не чрез пустое пространство проходят и тише несутся

К нам, так как с воздухом, будто с волнами, бороться им нужно.

Кроме того, не отдельно частицы тепла проникают,

Но меж собою сомкнутые в шарообразные формы.

Вследствие этого сильно стесняют друг дружку, а также

Держит извне их препятствие, что заставляет их медлить.

Между тем тельца первичные, кои суть плотны и просты,

Чрез пустоту проникая, преград никаких не встречают

Внешних, и так как они состоят из одной только части,

То как единое целое, тронувшись с места, несутся,

Так что гораздо быстрей они солнца лучей пробегают

И, несомненно, своею подвижностью их превосходят.

Множество раз пробегают зачатки в такое же время

То расстоянье, что солнца лучи только раз пробегают.

Для размышления также не медлят в движеньи зачатки

И не исследуют каждый в отдельности всех обстоятельств,

Чтобы узнать, по законам каким все на свете творится.

Но возражают иные невежды по этим вопросам,

Будто природа сама без участья богов неспособна

Приспособляться настолько ко всем человеческим целям:

Установлять время года, плоды создавать на деревьях,

И создавать также то, к чему всех заставляет стремиться

Страсти божественной сила, наставница главная жизни, —

Чтобы от ласки Венеры созданья плодились вовеки,

Чтоб не погиб человеческий род, для которого будто

Боги все создали в мире.

Очень далёко отброшены люди от верной дороги.

Так как хотя б неизвестны мне были первичные тельца,

Я бы посмел утверждать по строению самого неба

И заключать из большого количества прочих явлений,

Что не для нас была призвана к жизни божественной силой

Мира природа, в которой погрешностей столько найдется.

Все это, Меммий, в дальнейшем ученьи тебе объясню я;

Ныне ж дополню я то, что осталось сказать о движеньи.