Полет саранчи

Согласование приезда городского начальства, встреча журналистов, телевизионщиков, подготовка фуршета в зале салона, заказ вечернего банкета, приглашение музыкантов, наставления, кто кого и куда везет…

О состоянии отца в регистратуре ничего не сказали – нет сведений и все! Один раз нет сведений, второй раз нет… Надо бы поехать, устроить разнос, но тут самый разгар – никак не отлучиться. Почему не отлучиться? Придется бросить и поехать, невозможно жить в неизвестности. Почему отец должен быть один? В середине дня Юля все-таки дозвонилась – отца не стало… «Сегодня ничего не получится, свидетельство будет только завтра, завтра и приезжайте в морг для оформления…»

«Огромная жизнь позади.

Программа выполнена. Так и не попрощались глаза в глаза. Прощаюсь заочно, отец. Ты сделал все, что мог».

Почти сразу после известия из больницы Турчину позвонили из представительства – приехали проверяющие из Москвы, нагрянули без предупреждения. В ушах прозвучали давние слова Самата: «Спросим по всей строгости закона».

Вспомнилось строгое лицо джигита с чужими для этого лица глазами когда-то раз и навсегда напуганного человека. Испуганные – они самые опасные. Все мы, кому в девяностые за тридцать, демонстрировали феномен испуганного совка – кто-то больше, кто-то меньше.

Про отца он не мог знать, ну а что сегодня презентация – специально подгадал, хотел врасплох застать. Черт бы побрал этого въедливого Самата – если б он завтра проверил, убежал бы Сергей с деньгами, что ли? «Пусть проверяют. Покажите документы – кассовые книги, выручка от машин, деньги на счетах, расходные ордера, финансовые отчеты, нам нечего скрывать.

Дайте теткам чаю с бутербродами».

«Папа, папа… Занимался ерундой, когда надо было с тобой… просто сидеть рядом, за руку держать… Поздно, нет больше папы. Остались только бумаги… Дело не в оформлении, оформить и завтра можно. Сегодня отстреляюсь, завтра с Юлей поедем».

Процедура открытия приближалась к моменту X. Водители привезли из аэропорта московских гостей.

Празднично одетый, веселый Березовский был с женой. На сей раз с другой. «Знакомься, Сергей, моя жена Лена». Очередная жена – статная, стильная девица с холодным взглядом – умеет держать дистанцию, выглядит сдержанной, уверенной в себе отличницей-недотрогой а-ля Наталия Белохвостикова. Такая же подтянутая, с таким же маловыразительным непроницаемым лицом. Что-то не верилось в отличницу, больше – в очень тихий омут. Ему-то, Сергею, какая разница? У богатых свои причуды.