Ильич

Ну, в смысле… – тонкий знакомым каждому жестом потёр пальцы друг о друга, выразительно посмотрел на толстого.

– Дурак ты, Тереньтев, – со вздохом сказал тот, сделал ещё затяжку и выкинул окурок. – Это ж Флинта джип. За рулём сам. Или Игорёк, Сынуля. Потом заколебёшься объяснительные писать. Надреев с Флинтом на охоту вместе ездит. Врубился?

Тонкий ничего не ответил, с тоской глядя на дымящийся в траве окурок, с которого еще можно было сделать пару тяг. Начальник ОВД Средневолжска полковник Надреев являлся их непосредственным начальником, и говорить больше было не о чем.

Глава первая

Малой разбудил Серого рано – ещё не было шести. Начал долбиться в дверь, сперва «по-нашему», кодом: три-два-три, а потом просто – ногой. Наверное, звонил бы и в звонок, но звонка у Серого не было, звонки у них скоммуниздили во всем подъезде сразу после наступления нового, 1992 года. Просто прошлись по этажам и выковыряли монтировкой.

Утро было горьким как желудочный чай.

Серый проснулся, но сразу вставать не стал. В глубине того, что в книжках называется «душа», жила робкая надежда, что пронесёт. Но Малой – чувак упёртый и надежда ожидаемо померла. Серый встал, подтянул трусы и пошлёпал открывать, прилипая босыми ступнями к линолеуму, как ящерица геккон из увиденной вчера передачи «В мире животных».

За окном плескался мутный осенний рассвет. Было сыро и прохладно, точно в подвале. Малой стоял на пороге, сияя, как лужа под солнцем, и тараторил без передышки:

– Длинный, понял? Я два километра шёл – он не кончается, понял? Давай быстрее! Это алюминь же.

Тысяч за сто можно, понял?

Серый усмехнулся на словах про «два километра», открыл холодильник, поприветствовал старожила верхней полки – банку «Солянка закусочная», взял последнее яйцо, хрустнул им о край стола и расковырял ногтем дырочку в остром конце.

Пока он пил яйцо, Малой продолжал тарахтеть:

– Деревенские, наверное. Срезали на ЛЭПе, и оставили, чтобы не палиться.

Там овраг же, понял? И кладбище с другой стороны. Потом на КАМАЗе приедут и заберут. А мы раньше успеем, понял? Давай быстрее! Э, я тоже хочу!

Последняя фраза относилась к яйцу.

– Нету больше, – Серый бросил высосанное яйцо в мусорку, прошлёпал в прихожую и начал натягивать штаны.

– Я как увидел – сразу хобана такой, – Малой размахивал руками и едва не подпрыгивал от возбуждения, – к тебе втопил. Ты же ближе всех живёшь.