Обыкновенный мир

Увидев его прохудившиеся носки, отец сказал, что по осени, когда будут выдавать шерсть, можно будет надставить пятки. Так-то носки новые, жалко их выбрасывать – если подвязать маленько, можно будет носить еще пару лет. Пара новых стоит больше двух юаней – не какой-то пустяк.

В воскресенье после обеда он прихватил из дома шесть паровых лепешек из картошки и гаоляна, завернул их в ветхую тряпку, уложил кулек на заднем сиденье велосипеда и поспешил в город, чтобы успеть вернуться до темноты.

В школе перед каникулами стояла страшная суета.

Народ сновал туда-сюда, таскал вещи, было шумно, сумбурно, бестолково.

У самых ворот Шаопин встретил Цзинь Бо. Тот сказал, что собирается в магазин, и забрал велосипед.

Шаопин пошел к себе в комнату.

Вдруг он заметил, что впереди шагает Хунмэй. Казалось, она не замечает его. Шаопину захотелось окликнуть ее и спросить про книгу. Но тут Хунмэй наклонилась, положила что-то на землю у дороги и, не оборачиваясь, скрылась за углом женского корпуса.

Шаопин удивился. Его взгляд скользнул по тому месту, над которым наклонилась Хунмэй, глаза блеснули – это была его книга. Значит, она все время помнила о ней – так почему было не отдать самой, зачем было изобретать такой странный способ?..

Он поднял книгу и почувствовал, как что-то выпало из нее в темноту. Шаопин принялся шарить руками по земле. Он нащупал что-то мягкое и поднес к глазам. Это была белоснежная пшеничная лепешка.

Пораженный, Шаопин подобрал хлеб с земли и сдул с него прилипшую грязь.

Прижимая к себе лепешки, он стоял во дворике. Ему казалось, что он вновь обрел утраченные навеки тепло и дружбу.

…Так и вышло, что Шаопин опять полюбил школу. Как только наступил день подачи заявок на следующее полугодие, он бросился в приемную комиссию и не мог дождаться долгожданного момента…

Глава 9

С начала учебы прошло больше двух недель, но Шаопину все не удавалось поговорить с Хунмэй с глазу на глаз.

Он заметил, что Хунмэй стала ходить в красной клетчатой блузке – таких раньше у нее не водилось.

Она изменилась до неузнаваемости. То ли на домашней еде, то ли еще каким чудом ее худенькие щечки заметно округлились. Стриженые в кружок волосы за полгода сильно отросли и теперь лежали по плечам двумя аккуратными косичками, совсем как у городских. Щеголяя безупречно сшитыми тряпичными туфельками и новенькими голубыми брюками, она шла по двору изменившейся походкой.