Жизнь. Книга 1. Все течет

Питая в душе подозрение, что письма в светло-голубых конвертах посылаются дьякону некоей классной дамой, она искала случай увидеть их вместе, при встрече, и по тону приветствий умозаключить «что и как». Прошёл торжественно священник гимназии; суетливо прошмыгнул, не вызывая ничьего внимания, регент гимназического хора.

И как бы венчая съезд, заключая его торжественным аккордом, вдали появилось ландо, влекомое парою лёгких, сказочных коней. Они были светло-серые, с белоснежными гривами.

– Головины! Головины! – разнеслись восклицания и шёпот.

Ландо катило к подъезду. Над ним колыхались прелестные зонтики, два «взрослых» и один кружевной, маленький. «Мы опоздали!» – прозвенел из его глубины серебряный голос. «Нас подождут! – уверяла гувернантка по-французски. – Они не начнут молебна без нас!»

– Головины! Головины!

В восклицаниях слышалось многое: восхищение, лесть, уважение, зависть. Головины – самая старая, самая аристократическая и знатная семья в городе, которой исполнилась тысяча лет.

Девочка возникла из ландо незабываемо прелестным видением: хрупкая, прозрачная, нежная, точно только что сделанная из драгоценного фарфора. Грациозно подпрыгивая, торопясь, она взбегала по лестнице.

Для Головиных дверь гимназии распахнулась во всю ширину. Швейцар, согнувшись вдвое, сбежал вниз по ступенькам – взять дамские зонтики. Мать и тётка медленно проследовали, ответив приветствием на поклон швейцара, за ними пронеслась француженка, спотыкаясь и за всё цепляясь, потрясая целым лесом страусовых перьев на шляпе, мешавших ей видеть.

– Мила забыла носовой платочек! – восклицала она на каждой ступеньке.

Девочку звали Милой. Она поступала в приготовительный класс гимназии.

Последним прошёл учитель классических языков и чистописания, тот, что цитировал Гераклита барышне в лодке. Поражённый неудачей в любви, он решил запить и уже начал приводить эту мысль в исполнение.

Потрясённая всем виденным, стояла Варвара на противоположном тротуаре, поглощая жадно все детали события.

Внутри здания раздался громкий звонок. Закрылась парадная дверь, открылось несколько окон. Поднялся волною и вдруг затих гул голосов.

– Благословен Бог наш!.. – начался молебен.

Улица перед гимназией была пуста. Экипажи выравнялись за углом, где кучера были заняты своим разговором. Осторожно оглянувшись и увидя, что не замечаема никем, босоногая Варвара, осторожно, на цыпочках, перешла улицу, подкрадываясь к гимназии.