Планета Ган, или Исповедь молодого офицера

Зелень и разнообразие цветов на газонах радовала глаз, – особенно, попавшему со степи, – благодаря системе орошения, которая маленькими фонтанчиками увлажняла не только почву, но и воздух.

Она создавала свой особый микроклимат и частично защищала от песчаных бурь. Ухоженный вид Городку придавали побеленные деревья и придорожные бордюры, чисто выметенных тротуаров, среди свежеокрашенных в светлый беж старых домов и белокаменных новых пятиэтажек.

Жизнь в Городке текла тихо и однообразно, кому-то могла показаться даже унылой: не баловала изобилием развлечений.

И всяк сюда попавший понимал, что это не Лас-Вегас.

Людей, приехавших по собственной воле, здесь не было. Потому как они направлялись сюда для выполнения серьёзной мужской работы по защите своей планеты и всей Земли. Возложенная на них миссия, а вместе с ней и ответственность позволяла порой пренебрегать такими мелочами, как, например, – строгая мораль. Плановых ротаций войск с этой планеты не предусматривалось, в принципе.

Ещё была одна удивительная особенность этой маленькой планеты, с коротким названием – Ган – это то, что, по каким-то, необъяснимым наукой причинам, то ли в результате искривления пространства и времени, изменённой гравитации, то ли повышенной радиации, или высокой скорости движения планеты, может быть; но имена людей попавших сюда трансформировались в очень короткие, сжатые до трёх, редко – четырёх букв.

Например: мужские – Боб, Лекс, Орис, Рис; женские – Ева, Ива, Пава, Лера и так далее.

Была ещё одна версия, но это вряд ли: имена искажались не сами по себе, а умышленно – органами государственной безопасности, чтобы внести сумятицу и неразбериху в разведданные наших врагов.

А их вокруг планеты было не мало, как однажды в приватной беседе сообщил мне куратор ГБ.

Народ, населяющий планету, был, в большинстве своём, молодой. Возрастная градация здесь была тоже особая, своя. На людей, которым было немного за сорок, смотрели с уважением, как на очень пожилых, почти дедов. Но их было немного. Это те, кто отслужил положенный срок и вышли в запас.

Они жили в ожидании перемещения в квартиры на большой земле.

Описываемые события относятся к периоду, когда атеизм, как государственная идеология и идеалы коммунизма доживали свои последние дни.

Социальное устройство чем-то напоминало общежитие. Все жили большой дружной семьёй. Вровень, скромно. По выходным, вечерами, молодёжь собиралась в Гарнизонном Доме Офицеров, которое называли просто, по аббревиатуре – ГДО.