Планета Ган, или Исповедь молодого офицера

Те, кто по незнанию просили подвести их с аэродрома до городка, после полётов, вылазили из люльки очумевшие от страха, покачиваясь от чрезмерной порции адреналина и от перегрузок, и больше никогда не просились. Хотя среди них попадались и лётчики. На своих больших тяжёлых самолётах они к высшему пилотажу не были готовы. Только Кит знал,– бояться нечего: никакого риска, только высокое мастерство «пилота», трезвый, выверенный расчёт и более ничего.

На охоте они с Лексом не раз уходили от погони: на запредельных виражах он никогда не сбрасывал газ, а только добавлял.

Лётчики – однополчане шутили: «Правильно, так и надо, чтобы не свалиться в штопор». А если кто и просился подвезти, то при условии, что он не будет лететь, а поедет спокойно, как все нормальные люди.

Иногда он уступал просьбам и сдерживал себя, как мог, но получалось всё равно очень быстро и потом приходилось выслушивать нарекания друзей. А посему, по большей, части он ездил один, наслаждаясь «полётом».

Пристрастие к рыбалке ему досталось по наследству, от отца.

После окончания академии ВВС он попал по распределению на эту планету. И сразу, после обустройства на новом месте, а они получили квартиру, в новом, только что сданном, доме, как только появилась малейшая возможность выйти на реку, – он помчался со спиннингом. Чем вызвал немалое удивление старожил.

Оказывается такими снастями здесь ловить не принято, потому что всё равно ничего не поймаешь. Перемёт, сеть, самолов, острога – вот тот набор, орудий лова, которыми здесь промышляют на реке.

Он промышлять не хотел. Но желание быть на острие толкало его на путь риска, так как ночные рыбалки на большой реке на маленькой надувной лодке под «прицелом» рыбнадзора очень щекотали нервы.

Осенняя охота с острогой на налима была не так опасна, как рыбалка в ночи на лодке, но по нервному напряжению мало чем уступала. Приходилось прислушиваться к каждому постороннему шуму на реке и прятаться в прибрежных кустах. Как не любил Лекс прятаться, но здравый смысл брал своё.

Осень. Первая осень Лекса на этой планете. Он запомнит её до конца своих дней. Опыт наживался «шишками и ссадинами». Однажды двое коллег – из старожил – предложили прокатиться на несколько километров вверх по реке за налимом. Почему бы и нет? Само собой он согласился.

За два месяца пребывания на планете он успел уже столько наслушаться об уловах коллег по работе, на этом поприще, что уже морально был готов к такому предложению. И не только морально.