Вечеринка для плохих девочек. Ты во всём виновата сама

Она протянула руку и лопнула пальцем мыльный шар, который кружился всего в нескольких сантиметрах от неё, переливаясь разными цветами. Шар лопнул и разлетелся в воздухе на множество частиц, обрызгивая пальцы.

Натаниэль улыбнулся и посмотрел на Франс удивленным взглядом, в котором сквозило некое удовлетворение:

– Ты правда считаешь, что мы можем делать всё, что захотим? Ты вроде бы говорила, что ты юрист. Юристы либо праведники, соблюдающие закон, борцы за справедливость, полные морали, либо, наоборот, продажные и безэмоциональные.

В жизни не поверю, что ты относишься ко второй категории.

– Это никак не связано с моей работой. Я хороший юрист, и да, я верю в мораль. Но не в субботу вечером, после двух коктейлей. – засмеялась она, кокетливо запрокинув голову назад. Свет праздничных огней отражался в её иссиня-черных волосах, унаследованных от южно-американских родственников.

– Мне нравятся твои волосы. – сказал Натаниэль, не отрывая от неё взгляда. – Значит, в субботу вечером, после нескольких коктейлей у тебя нет морали? – допытывался он.

– Может быть. Кстати, я не расслышала когда мы были внутри, музыка была очень громкая. Чем ты занимаешься? – спросила она

– Аналитик компьютерного программного обеспечения. Звучит жутко, да? Ты выглядишь удивленной. – ответил он.

– Вовсе нет. Просто весь твой внешний вид никак не укладывается с такой профессией. Ты такой живой, активный что ли. В моей профессии я иногда встречаю аналитиков. Все они ботаники, компьютерные черви, помешанные на цифрах.

 – вежливо объяснила Франс.

– Не обманывайся моей внешностью. Я действительно компьютерный червь. – ответил Натаниэль, положив руку на её колено, обтянутое кожаными, байкерскими штанами. – Но это не значит, что я «неживой». В офисе я помешан на своей работе, зануда, нуждающийся в немедленном результате, способный идти на пролом и добиваться своей цели любой ценой. А здесь я другой, здесь на мне нет старого костюма, нет правил, здесь я настоящий. Здесь нет конкуренции, нет обязательств и желания кому-то что-то доказать.

Здесь я отдаюсь полной свободе, живу одним днём. А ты? – последние слова он прошептал ей на ухо, почти касаясь губами.

– Вне офиса и вне рабочих будней, мы все другие люди. – тихо ответила она и убрала его руку с колена, затушив сигарету о скамейку, – Вернёмся назад?

– Конечно. – тут же переключился он, нисколько не смущённый её игнором на явный намёк. Наоборот, его это только раззадорило.