Кладовая солнца

Алпатов замолчал, смущенный и растерянный: никогда еще в жизни ему не случалось встречать и даже думать, чтобы могли быть на свете люди взрослые и жили бы, совершенно как он хотел в первом классе гимназии, собираясь убежать в Азию.

– Есть еще что спросить? – сказал этот странный человек.

– Откуда вы едете? – спросил он первое, что пришло ему в голову.

– Этого, дитя, я тебе не скажу: мы, странники Божьи, ни града, ни веси не имам.

– А куда вы едете – это можно спросить?

– Это можно: еду в Китеж, невидимый град.

– Как – невидимый?

– Был Китеж град большой, но, попущением Божьим и грех наших ради, скрылся и невидим стал.

– Как же вы туда едете?

– Иду, дитя, иду, все молюсь и надеюсь: кто праведный, тот приходит, и святой град ему открывается. Так и на белые воды тоже надо с молитвой идти: кто праведный, приходит и видит золотые горы… Ну, еще есть что спросить?

Алпатов засмеялся, ему еще очень много хотелось спросить, но странник не понял его и, поправив веревочку от очков возле уха, продолжал читать свою огромную книгу.

Возле дядиной каюты он робко остановился и заслонил свет.

– Ты чего это?

– Вот тут говорят все про золотые горы… Есть, дядя, золотые горы на свете?

– Ну как же! Алтай называется Золотые горы, мы туда возим переселенцев.

– А мне сейчас сказали, что на каких-то белых водах. Может быть, и это есть в географии?

– Нет, этого нет, тебе, наверно, старовер наговорил; и как ты от матери не слыхал: мы же прежде были староверами, я сам попал в Сибирь с беловодчиками. Это все сказки, и выкинь ты из головы эту дурь, в науке есть на все объяснение, верь в науку, учи – и все будешь знать.

Читают географию и час и два… Пароход останавливается на маленькой пристани.

– Ну, ступай, посмотри, передохни, – отпускает дядя своего чтеца.

И видит Алпатов, как со своей огромной книгой странник сходит по трапу на берег и тропинкою идет по цветущему лугу.