Срок

Эдакие всеядные маленькие обманщики.

– Флора была всеядной, – заметила Асема. – Я имею в виду, всеядной читательницей.

– Она была моей самой надоедливой и любимой клиенткой, – вставила наконец я. – На самом деле Флора бывала здесь так часто, что я все еще, поверьте, все еще буквально слышу, как она приходит каждый день в одно и то же время в поисках очередной книги.

Мое сердце бешено заколотилось. Я только что сказала правду. Но то, как я им все рассказала, прозвучало слишком правдоподобно. Я не использовала слова «дух», «призрак» или «привидение».

– О, Туки! Черт.

Луиза много лет прожила с привидением в доме, но его присутствие было полезным. При жизни она не знала этого человека. На самом деле, поскольку призрак чаще всего появляется в оборудованном на чердаке кабинете, она думает, что он помогает писать книги.

Джеки потрясла тарелкой с печеньем передо мной и сказала:

– Давай, возьми два.

Это был ее способ утешить, и обычно он срабатывал.

Асема достала раковину морского ушка, которую мы храним под прилавком, и скатала маленький шарик из степного шалфея.

Грюн передал ей зажигалку, шалфей вспыхнул и задымился. Увидев раковину с горящим шалфеем, мы все помахали руками, направляя дым на себя, а затем Асема прошлась по магазину, разгоняя дым по углам. Пока она это делала, я решила поговорить с призраком, как посоветовала бы бабушка Поллукса.

– Флора, тебе пора двигаться дальше, – произнесла я вслух.

Брови моих коллег поползли вверх, но особенно встревоженными они не казались.

Я ждала. На этот раз ответа от Флоры не последовало.

– Что бы ты ни искала, этого здесь нет, – крикнула я. – Ты слышала, Флора? Тебе пора двигаться дальше.

Асема отвернулась от полки художественной литературы, с которой с резким шлепком упала книга. Все мы подскочили на стульях и застыли, словно замороженные. Наши глаза бегали туда-сюда, рты открылись.

– Это я уронила ее с полки! Не надо паники! – сказала Асема.

Она разрушила чары, но ее голос прозвучал скрипуче и резко.

Она и близко не стояла с полкой, откуда свалилась книга. Звук падения показался мне сердитым. Он в точности напомнил мне те времена, когда, вместо того чтобы со мной препираться, моя мать просто швыряла что-нибудь в стену или на пол. Я подошла и подняла упавшую книгу. Это была Лили Кинг. «Эйфория». Я вернула книгу на полку. Постучала по ней.

– Ничего страшного! – прохрипела я сдавленным голосом и попыталась рассмеяться, но сердце бешено колотилось в груди.