Встретимся на Плутоне

Заслонив нас газетой, Ника делала вид что читает, рядом с ней лежали кожанка, кепка и джинсовый рюкзак, весь увешанный значками. Девчонка жевала жвачку и болтала ногами. Краснота вокруг глаз еще не прошла.

– Газета «Мой город – Кострома»? – только и сумел удивленно проговорить я.

– Тише, – не поднимая глаз, ответила девчонка. – Если не хочешь, чтоб нас запалили однокласснички, молчи.

Я не хотел.

От нее пахло клубничной жвачкой. Волосы спадали на лицо, закрывая ее от слоняющихся школьников. Ну и пресса отлично выполняла роль щита.

Мне не очень удобно было стоять столбом за газетой, поэтому я положил рюкзак на подоконник и залез к однокласснице на окно.

– Как… э-э, дела, Вероника?

Отличное начало, чтоб ни с кем не подружиться.

Ника проткнула меня взглядом и ничего не ответила. Только газетой зашуршала громче, перелистывая страницы. Здесь были только я и она, отгороженные от других людей огромными шуршащими листами, пахнущими типографской краской.

– Мы за кем-то следим? – спросил я, выглядывая из-за газетных полос.

 – Чувствую себя детективом из советских фильмов.

– Нет, мы ищем путешественников во времени.

Фраза была сказана с сарказмом. Ника не отрывала взгляд от объявлений. Я даже заподозрил, что где-то там, на страницах, проделана дырка, в которую она за кем-то следит. Не читает же она в самом деле?

– А ты чего на урок не идешь?

– А ты?

– А ты?

– А тебя затыкали коты.

– А тебя собаки!

– Ой, все, иди куда шел.

Ника сложила газету.

В глазах блеснуло разочарование. Что-то с ней было не так. Я самым проникновенным голосом спросил:

– Вера…ника, домашку, что ли, не сделала? Хочешь, дам списать?

Ника фыркнула и закатила глаза:

– Еще раз назовешь меня так, я тебе руку сломаю.

– Упс. Это будет эпично.

Прозвенел звонок, ошалелые школьники ломанулись в кабинеты. Коридор опустел, мы остались вдвоем. Сердце отстукивало ритм в ушах.

– Если захочешь рассказать, что случилось, я… Не уверен, что смогу помочь, но хотя бы… может…

Мой голос звучал громко в тишине, и я постарался снизить его к концу невнятного предложения.

Уголки губ у Ники дрогнули и опустились в трогательно-обиженной мине. Чуть выдержав паузу, Ника сказала:

– Я тут в туалете занятный разговор подслушала. У Камбалы Ивановны резинки вчера в сумке нашли и засняли. Ролик видел?

Я понимал, что она нарочно переменила тему, но не чувствовал, что могу и хочу настаивать на душевном разговоре.