Стучитесь, открыто. Как я боролась с раком, потеряла надежду и нашла себя

Заполнив анкету, собрав первоначальные данные, он приступил к главному – выяснять, каким образом мое биополе дало брешь.

Я села на простой стул перед стареньким компьютером, к которому присоединялась камера, похожая на обычную веб-камеру. Петр Львович, заметив мой недоверчивый взгляд, гордо сообщил, что его оборудование стоит не один миллион долларов. Вскоре я поняла, что быстро мы не закончим: современное дорогостоящее оборудование работало очень медленно. Стеклянный глаз камеры словно пытался заглянуть мне прямо в душу (путь туда, как известно, неблизкий) и вытащить на поверхность все сокровенные тайны.

Происходил «анализ биополя» примерно так: на экране появлялась картинка, похожая на детскую игру, состоящая из белых точек. Далее по этим бесконечным рядам точек ездил указатель и окрашивал их в разные цвета: зеленый – признак здоровья и целостности клеток, черный – плохо дело, дыры в карме, но Петр Львович, конечно, придет на помощь и все залатает.

Сканирование клеток продолжалось несколько часов. Петр Львович ориентировал меня на четыре-пять, но уже на втором часу я тихонько завыла и попросила не сканировать хотя бы ноги. Стеклянный глаз сверлил меня строгим взором и упорно красил клеточки только зеленым. Он окрасил зеленым всю голову, плечи и руки, живот, все внутренние органы. Но что самое интересное – и мою грудь. Тут Петр Львович не выдержал, прервал сеанс и попросил меня раздеться, чтобы своими собственными глазами увидеть, есть ли проблемы или я сама себе их придумала.

Я разделась. Вид моей покрасневшей, отекшей груди говорил сам за себя. Петр Львович сконфуженно хмыкнул и усадил исследовать грудь по второму кругу. Долго зеленые точки одна за другой поглощали экран. Я даже попыталась шутить, что, мол, с таким зеленым биополем возьмут в любую армию мира, но Петру Львовичу было не до смеха. Он не понимал, почему аппарат не видит очевидного. Что-то нажимал, настраивал, подкручивал, но зеленое поле только мелькало бликами на стареньком экране компьютера.

И вдруг одна точка не закрасилась. Еле заметным черным пятнышком она мигала посреди этого зеленого раздолья, как будто говоря: «вот она я, искали?». Петр Львович аж подпрыгнул на стуле от радости, и все приговаривал:

– Говорю же, видит он все, видит! – ткнул в черную точку мышкой, компьютер стал обрабатывать ее и наконец выдал диагноз: «Т-клеточная лимфома кожи».