Форс-мажор. Рассказы

Через несколько секунд я отпустил кнопку, нажал вновь. Горн, чередуя длину сигнала, то тянул заунывную мелодию, то рассыпался стаккато. Капитан бил лучом прожектора в иллюминаторы «Амбарчика». Ответа не было.

Вскоре капитан остановил мои звуковые эскапады, от которых у всех присутствующих уже были заложены уши. Экипаж «Стремительного», за исключением машинной команды, собрался на шлюпочной палубе. До «Амбарчика» оставалось не более сотни метров, и мы отчетливо различали огромный по сравнению с нами корпус лихтера.

Не вместившийся в трюмы груз для заполярных поселков в разнокалиберных деревянных ящиках был принайтован металлическими тросами к крышкам трюмов и к палубе.

– Кажется, навалимся прямо на него, – заметил Дзюба. – Надо бы кранцы приготовить.

– Да-да-да! – капитан повернулся к боцману и приказал палубной команде стоять с кранцами наготове.

– Может, я их разбужу, – предложил я, подумав, что в состоянии экипажа лихтера, возможно, есть и моя доля вины.

– Что ты сказал? – Дзюба повернулся ко мне.

До «Амбарчика» оставалось пятьдесят метров.

– Что разбужу их там. Мы сейчас навалим на них, и я перепрыгну на лихтер. А там или разбужу вахтенного, или сам их якорь отдам.

– Нет-нет-нет! – услышал мое предложение и капитан. – Слишком рискованно. Море штормит, а если с курсантом что-нибудь случится… Нет, такого распоряжения я дать не могу.

– Если «Амбарчик» окажется на камнях, спрос будет не меньше, – заметил Дзюба.

– Не знаю, не знаю, не знаю…

– По правилам морской практики, буксируемый объект полностью на нашей ответственности.

– Но они же свои обязанности не выполняют! На наши сигналы не реагируют! Что мы можем сделать?

– А давайте так, – предложил я, – как будто я сам, если что, прыгнул, без распоряжения? И в судовой журнал ничего не пишите.

– Ну… – капитан неопределенно покрутил в воздухе рукой и отвернулся от меня.

До «Амбарчика» оставалось десять метров. Его борт в носовой части приходился почти вровень с нашей шлюпочной палубой.

Я спустился по наружному трапу и отодвинул женщин. Боцман с Имантом и Еидрофором рассредоточились с кранцами вдоль борта. «Стремительный» приблизился еще, очередная волна подхватила буксир и кинула на корпус лихтера. Принимая удар, заскрежетал привальный брус. От края шлюпочной палубы до «Амбарчика» было не больше метра. И я просто перешагнул с борта на борт.

Сначала мне показалось, что качка прекратилась.