Шесть дней

«Ведь так, Саша, ведь так, Саша, ведь так, Саша?» – стучало в голове, стучало, как барабанная дробь, и от ужаса он закричал и сжался на лавке, но страшный голос не замолкал.

2

У вокзала Саша поймал такси, чтобы добраться до своего городка. Еще в Москве он прочитал в интернете, что ничего особо примечательного там нет, разве что полуразрушенная генуэзская крепость иногда привлекает туристов. На нескольких сайтах также говорилось, что мимо этих мест когда-то проезжал Лермонтов и даже останавливался в путевой гостинице неподалеку от центра города, съел в одном из здешних ресторанов рябчиков, выпил бутылку вина, после чего много скандалил, – и уехал расстроенным дальше на Кавказ.

Понятное дело, такие выдумки не слишком влияют на имидж города, но это уже и не важно – Сочи совсем скоро поглотит, переварит, прирастит к себе все поселки и крохотные городки, рассыпанные вокруг него.

Перед глазами потянулись леса и горы, близко подобравшиеся к воде, и эта палитра – синяя, зеленая, голубая – смешивалась от быстрого движения, и ветер обдавал лицо соленым воздухом.

Водитель включил радио, и салон утонул в этнической музыке: печальные трубы, короткие переливы флейты, текст на плохом русском языке. В какой-то момент машина слегка подскочила, как будто проехалась по насыпи. Саша посмотрел в заднее окно и сказал остановиться. Выйдя из автомобиля, он увидел окровавленный труп кошки – голова и передняя часть туловища были раздавлены, только задняя лапа судорожно тряслась мелкой дрожью.

– Ну, зато умерла быстро, жаловаться не на что, – сказал водитель и сплюнул на асфальт.

Саша отошел в сторону и закурил. Он посмотрел вниз – они остановились далеко от Сочи, у самого начала горной дороги: перед ним раскинулась пустошь с редкими белыми и розовыми домами высотой в несколько этажей, а чуть дальше сверкало море. Саша скучал по нему – когда он долго не отдыхал, то посреди дня прямо в офисе или дома мог начать представлять, будто за окном блестят волны, а в небе кружат чайки, перекрикивая друг друга.

Теплый воздух медленно наполнял легкие. От этого убедительного миража на секунду ему становилось спокойно, словно он переносился в укромный мир, недосягаемый для всех остальных.

Становилось по-настоящему жарко. Он представил, как через какое-то время на теле кошки появятся мухи, черви, и оно окончательно перестанет напоминать само себя – живое существо, которым было недавно.