Преступная добродетель

Но я решила сообщить вам о них прежде, чем он сам вам откроется… Что вы на это скажете, дочь моя? В чем я теперь не права?

– Сударыня, все условия ваши будут исполнены, – с благоговейным трепетом произнесла Амелия, – и никто не узнает, что именно вы поставили их нам. Я припадаю к стопам вашим, дабы выразить вам всю силу моей благодарности за то, что вы делаете для меня.

– Не будем терять ни минуты, – ответила коварная графиня; слезы дочери не только не смягчили, но еще более ожесточили ее. – Монревелю все известно.

Вам необходимо переодеться, иначе вас узнают: неблагоразумно позволить разгадать наш план прежде, чем вы окажетесь в замке своего возлюбленного; но еще более досадно было бы встретить Салена, ожидаемого со дня на день. Переоденьтесь в эту одежду, – продолжала графиня, передавая дочери платье лже-Салена, – и когда на башне пробьет десять, отправляйтесь к себе в покои. В условленный час к вам придет Монревель, во дворе вас будут ждать лошади, и вы с ним тотчас уедете.

– О, дорогая матушка! – воскликнула Амелия, бросаясь в объятия графини. – Вы даже представить не можете, сколь велико мое ликование… если бы вы только смогли…

– Нет, – запротестовала госпожа де Сансерр, высвобождаясь из объятий дочери, – не стоит меня благодарить: если счастливы вы, значит счастлива и я; а теперь займемся переодеванием.

Близится урочный час. Амелия берет принесенную ей одежду. Графиня сделала все, чтобы в одежде этой дочь ее как две капли воды походила на юного родственника Клотильды и Монревель принял бы ее за сеньора де Салена.

Все продумано: юный рыцарь примет возлюбленную свою за Салена. Роковой час близок.

– Идите, дочь моя, – произносит графиня, – торопитесь, возлюбленный ждет вас…

Полагая, что внезапный отъезд помешает ей проститься с матерью, благородная Амелия в слезах бросается на грудь графини. Лицемерная женщина, скрывая свои ужасные планы за внешними проявлениями нежности, обнимает дочь, и притворные слезы ее смешиваются со слезами девушки.

Высвободившись из объятий матери, Амелия устремляется к себе в покои; она открывает дверь в злополучный зал, слабо освещенный мерцающим огоньком, где Монревель, с кинжалом в руках, поджидает соперника… Амелия не замечает его… А юный рыцарь, завидев человека, похожего на ненавистного врага, бросается вперед и не глядя наносит удар; противник падает на пол и остается лежать в луже собственной крови.