Перекрестки судьбы

Тетя Поля, сменив гнев на милость, сочувственно покачала головой:

– Ах ты… Бедолага! Вот бабы дуры… Наломают дров, а потом ревут. Не надо было спешить, Верочка! А теперь что ж… Держись, крепись, терпи! Что ж тут скажешь…

Помолчав минутку, она с сомнением и надеждой глянула на притихшую Веру:

– А может, вернется еще, а? Передумает? Все ж бывает… А? Вер? Погуляет, проветрится, соскучится…

Но Верочка отчаянно замотала головой и опять залилась слезами:

– Нет. Мы официально развелись. Окончательно.

– Вот оно что, – женщина, погрустнев, печально кивнула.

 – Это понятно. Ну, что ж делать… Не реви тогда! Чего ж теперь голосить? Дело-то сделано. Ты, девка, думай… Думай, где ошиблась, что такое было меж вами неправильное, где оступилась… Думай, миленькая, чтоб в следующий раз не повторить таких глупостей. Да умойся, хватит реветь… Иль забыла – Москва наша слезам не верит! Сейчас твои первоклашки из школы явятся, что ж ты их с красным носом, как Дед Мороз, встречать будешь?

Тетя Поля подхватила свою швабру, ведро и величественно двинулась к выходу.

Уже шагнув было за порог бытовки, она внезапно обернулась:

– Не горюй, девка. Не надо. Это не лихо еще… Ой ли! Все пройдет. Все забудется, ты молодая, красивая… Тебе и годов-то твоих не дашь! Перемелется, Верочка, мука будет… Работай, все пройдет. Это жизнь…

Верочка всхлипнула, грустно улыбнулась ей и кивнула:

– Хорошо. Спасибо вам, теть Поль!

Та только отмахнулась досадливо:

– Спасибо потом скажешь… Пока не за что! Да помни: воли слезам не давай, терпи! Слышишь? Терпи!!

Вера Ивановна еще раз кивнула вслед пожилой женщине, умеющей и пожалеть, и поддержать, и отругать… Затем, глянув на часы, ойкнула и торопливо вскочила, поправляя платье:

– Все, все, все… У меня теперь другая жизнь.

Другая!

Она и верила, и не верила своим словам…

Да и что толку верить?

Жизнь все равно все расставит по своим местам. Сама управится. Сама решит, кто прав, кто виноват…

Ну а виновного накажет…

Может быть…

Глава 2

Верочка родилась ранним утром как раз в середине августа.

Солнце, словно предчувствуя, что с минуты на минуту на свет явится еще одна представительница прекрасного пола, расстаралось вовсю. Уже взошедшее и умывшееся, оно ослепительно улыбалось навстречу новой жизни.

Небо, высокое и по-августовски синее, казалось бесконечным и бездонным. И только какие-то неугомонные птахи, не отдавая должного торжественному моменту, щебетали вовсю под окнами родильного дома.