Я вас не слышу

Почему? Вот, есть же фарфоровые розеточки, Светка как-то на день рождения подарила.

– Юр, ты варенье-то накладывай. Говорят, у меня хорошо получается. Стараюсь не переваривать, чтобы не очень сладко получалось. У тебя мама варенье варит?

Все дружно расселись. Мария только сейчас заметила, что Надя не в обычном домашнем халатике, а в юбке в клетку и рыжей кофте-лапше, и колготки на ногах тоненькие, а не те хлопчатобумажные, в которых она обычно по дому ходит. Когда успела переодеться? Или уже с самого утра готовилась к приходу гостя, просто не выглядывала из своей комнаты, вот Мария и не обратила внимания.

Мария обычно по дому ходила в спортивных трико и в обычной белой футболке. Удобно, нигде не давит. Перед тем как отомкнуть дверь, она быстро надела домашний же свитер. Еще чего, ради этого Юры она переодеваться не станет. Так вполне хорошо. Не какой-нибудь прием, обычное чаепитие. Приходят же к Наде подружки или к ней Светка, допустим. Мария же не наденет ради Светки тонкие колготки. Вот и все!

Мария взяла инициативу в свои руки.

Она все говорила и говорила, расспрашивала Юру про сестер, про работу медбрата, похвалила новые материнские сапоги. Она так боялась услышать страшные вести. Что это за «хорошие новости»? А ну, как Надя «залетела»?! От таких предположений в голове начинало шуметь, и Мария задавала вопросы Юре все более громким голосом, рассказывала сама, и все уводила и уводила в который раз прокашливающегося Юрку от главного – сообщения новости.

– Мама, – ее речь прервала Надя, вмиг став жесткой, такой, какой мать видела ее только за инструментом. Жесткой и собранной. – Нам с Юрой что-то нужно тебе сказать, – она помолчала, но глаз не опустила. – Важное.

Мария враз обмякла, вся разговорчивость ее куда-то улетучилась, даже не было сил что-то возразить, она только пожала плечами, схватила со стола салфетку и что есть силы сжала ее в руке. Предательский комок подкатил к горлу, женщина часто заморгала. Ну вот, не хватало еще разрыдаться прямо сейчас.

Вот ведь.

– Теть Маш, мы с Надей любим друг друга.

Мария развела руками, губы затряслись, сказать она уже ничего не могла.

– Да нет, вы ничего не подумайте такого. – Парень сам был растерян не меньше будущей родственницы. – Вот, решили пожениться. Вы как на это смотрите?

Мария попыталась было ответить, но слишком глубоко вздохнула, закашлялась, слезы хлынули из глаз. Это было даже кстати, вроде как глаза заслезились от кашля.