Ибупрофен

 – У них все на цифрах: закупка техники и материалов, зарплаты, издержки, углеродный налог, сбор за утилизацию. А нас они чморят, чтобы цифры красивее стали.

В конце очередной смены к рабочим пристал скользкий тип. Нарядный, будто на свадьбу собрался. Клетчатая рубашка с короткими рукавами, солнечные очки в нагрудном кармане, светло-голубые, как небо, джинсы, начищенные ботинки. Каска белая, без единой царапинки. Лицо не загорелое и банка кваса в руках.

Таких ненавидишь с первого взгляда.

– Парни, помощь нужна.

– Мы не из вашего отряда, – ответил Заман.

– И что?

– Слушайте, – сказал Шавкат, – вы нам не бригадир, мы вас впервые видим. Исполнять приказы кого попало мы не обязаны.

Шавкат так устал, что брякнул первое пришедшее на ум. В голове сломался рычажок самоконтроля.

– Берега попутал? – незнакомец скорее удивился, чем разозлился. – Сейчас линолеум поднимут, поможете.

На шум явился Бахрам.

– Что за сход? О, Роман Аркадьич, здравствуйте.

– Здорово, бригадир. Борзеют твои подчиненные.

– Воспитаем, Роман Аркадьич. Так понимаю, работа есть?

– Еще как есть. С минуты на минуту линолеум прибудет. Твоим охламонам задача – по лестнице рулоны скатить и в коридоре бросить. С остальным мои ребята завтра разберутся.

– Так, дармоеды, смена не окончена. Живо за дело!

Бахрам отрядил на помощь Роману Аркадьичу четырех человек – Шавката, Замана, Баходира и Сайфутдина. Они потащились наверх.

Погрузчик доставил линолеум на специальный выступ между четвертым и пятым этажом.

Рулонов оказалось всего шесть, зато масса с лихвой окупала количество. Когда Шавкат и Заман на пару оторвали один из рулонов от поверхности, кости заскрипели. Сердце, легкие, желудок – все будто скользнуло вниз и хлопнулось на кишки.

– Сколько весит? – прохрипел Заман.

– Сто пятьдесят! – улыбнулся Роман Аркадьич.

Кое-как спустили рулон с поддона на лестничную площадку и покатили по ступенькам на четвертый. Там и прислонили к стене. Баходир с Сайфутдином сделали то же самое.

Отдышались.

Повторили.

– Ещё чуть-чуть! – ободрил начальник и отхлебнул кваса.

Заткнись, гнида. Заткнись же, а.

Последний рулон как прирос к месту.

– Шавкат, тебе жить надоело? – спросил Заман. – Отойди оттуда.

Шавкат, не заметивший, как очутился на краю поддона, осторожно посмотрел за кромку. Пара шагов отделяла строителя от полёта на мешки с бетоном и штукатуркой, на доски и кирпичи, на упаковки керамической плитки с причудливыми узорами.