Стукин и Хрустальников. Банковая эпопея

 – Разве это можно – годовые оклады брать! Я думал, рублей сто…

– Со ста рублями мне и обернуться нечем.

– Идите на место и занимайтесь вашим делом. Вы бредите. У нас и примеров таких не было, чтобы годовые оклады выдавать. Мы и полугодовых никогда не выдавали.

– Что вы, Иван Алексеевич, помилуйте! Как не было примеров?.. А вашему племяннику Коробкину вы выдали же полугодовой оклад.

– Не может быть.

– Как не может быть? Я вам в книгах покажу… Или что он ваш племянник, так ему можно, а мне нельзя, потому что я с вами в родстве не нахожусь?

– Алексею Коробкину был выдан вперед полугодовой оклад, принимая во внимание его болезненное состояние, для поездки за границу, на леченье.

– Как на леченье? Как за границу? Да они все лето в Парголове по озеру на парусной лодке катались.

Управляющий стал кусать себе губы и отвернулся.

– Трафаретов Семен Васильевич получил годовой оклад жалованья вперед. Это мне тоже известно, – продолжал Стукин.

– Трафаретов… – обернулся к нему управляющий.

 – Как вы можете сравнивать себя с Трафаретовым! Трафаретов – бухгалтер, а вы простой конторщик… Трафаретов – особа у нас в правлении, без Трафаретова мы ступить не можем… Главное лицо в конторе – и вы…

Стукин улыбнулся.

– Что ж, Иван Алексеевич, и я теперь лицо… – отвечал он.

– Чем это? Уж не тем ли, что женитесь на содержанке Хрустальникова? Человек женится на женщине с двусмысленным поведением и говорит, что он лицо!.. – воскликнул управляющий.

– Как с двусмысленным поведением? Кто это вам сказал? Я спрошу Лавра Петровича…

Управляющий замялся.

– Ну, не с двусмысленным поведением, так все-таки на содержанке…

– И это неправда-с. Вовсе они даже и не содержанка. Они воспитанница Лавра Петровича – вот и все… Он им благодетельствует. С ними грех маленький случился. Лавр Петрович хотят прикрыть этот грех. А двусмысленного поведения у них никакого нет. Впрочем, может быть, я не заметил, так я спрошу у Лавра Петровича, о каком таком двусмысленном поведении Матильды Николаевны вы изволите говорить.

Вот, мол, так и так…

– Да что вы придрались к слову! – Управляющий покраснел.

– Нет, уж все лучше спросить у Лавра Петровича… Помилуйте, ведь мне с Матильдой Николаевной век жить, – продолжал Стукин. – Так и спрошу… Иван Алексеевич, мол, упомянул мне о каком-то двусмысленном поведении Матильды Николаевны.

– Послушайте! Ведь это, наконец, подлость! – вспыхнул управляющий и вскочил с места.