Стукин и Хрустальников. Банковая эпопея

Вот, наконец, ежели бы вам предлагали жениться на каком-нибудь уроде, а то вам предлагают красавицу…

– Так-то оно так, но ведь я полагаю, что Лавр Петрович будут по-прежнему…

– Что по-прежнему?

– Да будут по-прежнему и ездить к ним-с… то есть к оной даме…

– А что ж из этого? Какие глупые предрассудки! Это еще даже и лучше. Ревновать, что ли? Как это глупо! Вы, очевидно, мой милый, не знаете света. Это нынче в моде, в порядке вещей… Вы даже, напротив того, должны впоследствии все возможное делать, чтобы Хрустальников не охладел к этой даме.

Неужели вам неприятно быть в таких близких отношениях с вашим директором?

– Как неприятно? Даже очень приятно…

– Ну, то-то… Ах да… Он обещался быть и посаженым отцом невесты, и, кроме того, отцом крестным будущих детей. На ребенка две тысячи… – перечислял все выгоды управляющий. – Так согласны? – спросил он.

– Право, уж не знаю, Иван Алексеевич… – заминался Стукин.

– Вы глупы, Парфенов… Я вас считал умнее.

– Стукин-с.

– Ну, Стукин.

Для глупости что Стукин, что Парфенов – все одно. – Управляющий начинал сердиться. – Чего вы пепел-то папироски на пол сорите? Пепельница есть… – возвысил он голос.

– Виноват-с, – отвечал Стукин и погасил папироску.

– Ну-с, можете идти. И дайте мне завтра решительный ответ.

– Слушаю-с. Я полагаю, что я буду согласен.

Стукин поднялся с места.

– Еще бы не согласиться! Ведь это только дурак какой-нибудь… Ну-с… В случае согласия будете перечислены на шестидесятирублевый оклад и получите пятьдесят рублей единовременного предварительного пособия, а не будете согласны, так у меня и кандидат на ваше место имеется.

Идите.

Стукин поклонился, как-то съежился и задом вышел из кабинета.

Глава III

Налаживается

В директорской комнате «Общества дешевого торгового кредита» сидел сам директор Лавр Петрович Хрустальников, пыхтел и курил сигару, колыхая кругленьким брюшком. Перед ним в почтительной позе стоял конторщик правления общества Игнатий Кириллович Стукин.

Плюгавенькая фигурка его на сей раз была облечена в черную сюртучную пару, несколько повытертую по побелевшим швам, и на шее был повязан темно-синий новый галстук. Сапоги, хоть и с заплатками, но были тщательно вычищены. Даже вечно торчащий вихор на голове был примазан гвоздичной помадой, запах которой сейчас же давал себя знать в комнате. Стукина только что сейчас ввел в директорскую управляющий правлением общества Иван Алексеевич Беспутнов.