Время прибытия

Мы под огнем,

Но все придут живыми,

Ни капли крови так и не пролив.

Мы смело лезем прямо в гущу дыма,

Где выстрелы «противника» слышны.

…А может быть, мы все неуязвимы

За тех,

что не пришли домой с войны?!

21 июня 1941 года. Сон

Как я хотел вернуться в «до войны» –

Предупредить, кого убить должны.

    Арсений Тарковский

Сегодня я один за всех в ответе.

День до войны.

Как этот день хорош!

И знаю я один

на белом свете,

Что завтра белым свет не назовешь!

Что я могу

перед такой бедою?!

Могу – кричать, в парадные стучась.

– Спешите, люди, запастись едою

И завтрашнее сделайте сейчас!

Наверно, можно многое исправить,

Страну набатом загодя подняв!

Кто не умеет, научитесь плавать —

Ведь до Берлина столько переправ!

Внезапности не будет.

Это – много.

Но завтра ваш отец, любимый, муж

Уйдет в четырехлетнюю дорогу,

Длиною в двадцать миллионов душ.

И вот еще:

враг мощен и неистов… —

Но хмыкнет паренек

лет двадцати:

– Мы закидаем шапками фашистов,

Не дав границу даже перейти!.

А я про двадцать миллионов шапок,

Про все,

что завтра грянет,

промолчу.

Я так скажу:

– Фашист кичлив, но шаток —

Одна потеха русскому плечу…

Свадебная фотография

Она не выдержала и смеется,

В его плечо шутливо упершись.

…Он через месяц станет добровольцем,

Его подхватит фронтовая жизнь.

Нахмурясь, чтобы не расхохотаться,

Он купчик обвенчавшийся.

…Ей голодать, известий дожидаться,

Мечтать о нем, работать день и ночь.

Своей забаве безмятежно рады,

Они не могут заглянуть вперед.

…Он не вернется из-под Сталинграда.

Она в эвакуации умрет.

А если б знали, что судьба им прочит,

На что войною каждый обречен?!

…Она так заразительно хохочет,

Через мгновенье засмеется он.

Что случилось, братцы?!

Душа, как судорогой сведена,

Когда я думаю о тех солдатах наших,

Двадцать второго,

на рассвете,

павших

И даже не узнавших,

что – в о й н а!

И если есть какой-то мир иной,

Где тем погибшим суждено собраться,

Стоят они там смутною толпой

И вопрошают:

– Что случилось, братцы?!

* * *

Порой война теряется из вида:

Уже комдивы – нефронтовики.

И все ж у мира, как у инвалида,

Болит ладонь потерянной руки.

Возвращение

Значкам, погонам, лычкам

Отныне вышел срок.