Время прибытия

И свои листопады

Ищут люди по залам,

А найдут – замирают,

Как-то сразу грустнея…

Хорошо, что покуда

Нет такого музея!

Красота

Как хороши: пылающий восход

Над бархатистой дальней синей кромкой,

Туманный аромат рассветных вод.

И птичий гомон, безмятежно громкий!

Идешь сквозь поле незаметной тропкой

И словно ощущаешь: рожь растет!

Как хороша, возлюбленная, ты,

В прозрачной темноте смеясь глазами…

Мне кажется, что чувство красоты

Мы принесли, того, быть может, сами

Не замечая, из-за той черты,

Где были рожью, влагой, небесами…

Моя космогония

Наташа,

погляди на вспышки звездные,

Затеявшие на небе

возню!

Вселенная!

Порядки там серьезные,

Но я тебе сейчас их объясню.

Вселенная.

Наука разделяется,

Когда берется толковать о ней:

Сжимается?

А может, разбегается?

Пульсирует,

как сердце…

Так верней!

Но если это сердце,

то, конечно же,

По временам обязано оно

Тревожно биться

и томиться нежностью,

А это значит —

сердце влюблено!

В кого?

В другое сердце,

но нездешнее,

Чужое,

недоступное еще…

Но то, другое,

может биться сдержанно?

А я уверен:

бьется горячо!

Все это может лишь одним закончиться,

Нельзя же вечность колотиться врозь,

Сердцам влюбленным

встретиться захочется,

Хотя бы мирозданье взорвалось!

Они,

теряя звезды,

на свидание

Помчатся…

Их – поди – останови!.

– Ну хватит, дорогой,

о мироздании,

Пожалуйста,

немного о любви…

Бессонница

От бессонницы есть спасенье…

Под багрово-желтым дождем

По гремучей траве осенней

Мы, как прежде, с тобой идем.

Под ногами – пинцеты хвои.

И багровый лист в небесах.

Мы почти заплутали с тобою

В непроглядных этих лесах,

Но потом отыскали проселок.

Он был палой листвой занесен

И терялся меж синих елок,

Душных, словно полдневный сон…

Но опять на краю сновиденья

Пробегает печаль по лицу.

Значит, нас разлучило уменье

Ориентироваться в лесу…

В поезде

Я в поезде,

на верхней полке:

Постукивают мимо города,

Деревни,

рощи,

дачные поселки —

Тот мир, где я не буду никогда.