Время прибытия

1940

Мир казался стозевным,

готовым обрушиться зверем

Эта схватка была им

самою судьбой суждена.

И они ее ждали, готовились…

Мы же не верим,

Если честно сказать,

в то,

что может начаться война.

И мечтой о сражениях

наши сердца не терзались.

Мы, наверное, просто

боялись накликать беду.

А они ее ждали —

и все-таки чуть не сломались

Те железные парни

в том сорок проклятом году.

Погибшие

Без вести пропавшие бои!

Сколько их, неведомых,

в которых

Падали ровесники мои

На войною выжженных просторах.

Ни к чему громоздкие слова.

От убитых не родятся дети.

Утешалась и была права

Крепче всех любившая на свете.

И других —

по-прежнему чиста —

Ласковым одаривала взглядом.

Приходили…

Но не на места

Тех,

ушедших,

а вставали рядом.

Словно перетянуты шнурком

Их места, как на музейном кресле.

Воротился каждый бы в свой дом,

Если бы сейчас они воскресли…

Две темы

Нет, невозможно это!

Попробуй-ка назови

Хотя б одного поэта,

Который не пел о любви.

Но и в тишайшие годы

Ты не отыщешь мне

Хотя б одного кого-то,

Кто не писал о войне…

Сороковые

Нам никуда от них не деться.

Их век неизмеримо долог.

В подушке каждого младенца

Сидит заржавленный осколок.

Обращение

Ушедшие, они, конечно, знают,

Как мы живем, наш каждый шаг и час

И думают, и созидают с нами,

А иногда, быть может, и за нас.

Поэтому, наверное, взрослея,

Пронзая толщу невозвратных дней,

С годами человечество мудрее,

В мечтах смелее и в делах сильней.

Рационализаторство природы!

Умы ушедших светят нам из тьмы…

О, как за те четыре страшных года

Непоправимо поумнели мы.

Ни часу я под пулями не прожил.

Мне мирная страна судьбой дана,

Но не могу я без холодной дрожи

Произнести короткое – «война».

Она во мне горит кровавым нервом,

Вдается в душу огненной дугой,

Ведь не обрушься небо в сорок первом —

И я бы нынче был совсем другой.

И как поэты прежде муз просили

Гнать кровь стиха в сплетеньях строчек-жил,

Так павших я прошу о вещей силе

Сказать о том, чего не пережил…

Бездорожье

«Счастье существует лишь на проторенных путях (в обыденной жизни)» – цитата из романа Шатобриана «Рене». Пушкин любил это высказывание и часто цитировал.