Тайная история Изабеллы Баварской

Герцогу Орлеанскому приказали остаться, и судите сами, до какой степени это распоряжение обрадовало Изабеллу.

– Забудь о лаврах славы, – говорила она любовнику, – ибо на груди моей тебя ожидают мирты блаженства. Вера – чувство более возвышенное, нежели любовь, а потому оно достаточно сильно, чтобы поддерживать само себя; мы же направим все силы на соблюдение наших собственных интересов, ибо более священных интересов я не знаю.

С той поры люди, поднаторевшие в политике, стали замечать, что при дворе постепенно складываются две противоположные партии.

Во главе одной стояла королева, жаждавшая, как мы только что видели, удалить короля, дабы увеличить свое богатство и влияние. Другую партию возглавили герцоги Бургундский и Беррийский, не представлявшие угрозы для Изабеллы; чувствуя поддержку герцога Орлеанского, королева была уверена, что сумеет воспользоваться отсутствием короля, если тот отправится на войну, равно как и обмануть монарха, если тот на войну не отправится.

В результате раскола вельможи, вместо того чтобы пользоваться благами всеобщего мира, принялись исподволь раздувать пожар раздора, дабы, благодаря смуте, обогатиться за счет друг друга.

Верный слуга короля и, следовательно, заклятый враг Изабеллы, коннетабль не сумел заставить герцога Бретонского, сердцем и душой преданного англичанам, соблюдать взятые им на себя обязательства. Герцог оказался в стане королевы, прекрасно относившейся к любым врагам королевства, лишь бы те открывали перед ней свои сундуки.

И не важно, жаждали ли они войны или, напротив, войны не хотели.

В Ренн отправили депутацию, но посланцы французского короля быстро поняли, что герцог водит их за нос; похоже, Бретонец был уверен, что грядущие события, известные пока ему одному, вскоре освободят его от принятых на себя обязательств.

Напомним, недавно герцог сыграл с коннетаблем дурную шутку, а затем, вынужденный вернуть выкуп, полученный от коннетабля, обложил жителей Бретани новыми податями, дабы возместить ущерб, нанесенный его казне.

Небезызвестный маркиз де Краон, о гнусном предательстве которого мы уже упомянули, играл при дворе довольно важную роль. Друг и конфидент герцога Орлеанского, осведомленный о его нежных отношениях с королевой, он исполнял при герцоге ту же роль, которую Буа-Бурдон исполнял при Изабелле: только эти двое были в курсе тайных интриг королевы и Орлеана.