Дилетантки. Свидание с Ангелом Смерти

Сабантини, привыкший к теплу и солнцу юга Италии, вышел из гостиницы, ступил на тротуар и поежился. Его легкая куртка не спасала от поднявшегося неприятного ветра. Подумав немного, мужчина решил не рисковать и вызвал такси.

Пока ехал до отделения, разглядывал здания с красными крышами, людей, магазинчики, витрины ресторанчиков и думал. Он никогда не отличался любовью к путешествиям. Не слишком интересовался экскурсиями или тем, чтобы повидать новые страны. Ему все казалось, что ничего нового он там никогда не увидит.

Италия заменяла ему и любые возможные побережья океанов, и архитектуру других стран Европы. Захотел покататься на лыжах – поезжай на север в Ливиньо, хочется ярких красок синего моря – любая часть Лигурийского побережья вполне удовлетворит эти желания. История? Да ни одна другая страна не сравнится в этом с Италией.

Он понимал, что принципиально отличаются от страны, в которой он родился, пожалуй, только Азия и Африка. Но и туда он никогда не стремился, потому что представлял себе эти материки грязной частью мира, где только и делают, что от безысходности едят тараканов или тонут в вечных песках пустынь.

Вот и сейчас, рассматривая Прагу из окон автомобиля, он в очередной раз убедился в своей правоте. Каменные мостовые, залитые дождем, старые трамваи, шумливо рассекающие улицы пополам, бледно розовые и желтые фасады домов и отдающая сейчас каким-то грязным коричнево-зеленым отсветом река – все это он как будто когда-то уже видел, и восторга в нем это не вызывало.

Если бы не Мишель Ринальди и не собственное чувство ответственности, Сабантини никогда не поехал бы сюда. И если поездка на Кубу ради двух неугомонных подруг и шевельнула в нем тогда чувство интереса к путешествиям, то сейчас инспектор точно был уверен – Чехия не та страна, где бы хотел провести отпуск, в том числе и из-за того, что пиво он не любил.

Мысли его постепенно перешли к воспоминаниям о Мишель. С самой первой встречи инспектора напрягала ее эксцентричность, ребячливость и чрезмерная эмоциональность.

Но познакомившись с ней поближе, он даже проникся ее неуемным характером, а постепенно и вовсе стал им восхищаться. А все потому, что в сравнении с женщинами, с которыми он знаком или встречался, она казалась вишенкой на торте. Сабантини был совершенно уверен, что каждый новый день с такой девушкой никогда не будет одинаковым. И это подкупало его.

Такси подъехало к невысокому трехэтажному зданию, и Сабантини вышел.