Смерть Вазир-Мухтара

Император Павел, как о том, между прочим, говорится в романе «Смерть Вазир-Мухтара», не мог править людьми с ликами, «уныние наводящими», и ссылал таковых в Сибирь. Николаевское правление иное. Теперь в принципе отвергается право человека на обладание ликом, своим умом, самобытным взглядом на вещи. Поэтому драма Грибоедова дана в романе как драма «превращаемого», то есть обезличиваемого человека, поэта, государственного деятеля. Тут Чацкого хотят превратить в Молчалина. Герой Тынянова противится этому изо всех сил.

Отсюда и трактовка его гибели как события сложного по своим истокам и причинам.

Тынянов отвергал версию, согласно которой русский посол и служащие посольства были убиты в результате стихийного движения «народных низов». Николай, Нессельроде и военный министр Чернышёв находили возможным приписать происшествие «опрометчивым порывам усердия покойного Грибоедова, не соображавшего поведение свое с грубыми обычаями и понятиями черни тегеранской». Как показывает Тынянов, дело было в акции, хорошо подготовленной врагами России и русского посла.

Антирусская группа в иранских верхах, связанная с английскими резидентами, сыграла тут решающую подстрекательскую роль – вот на чем настаивает Тынянов[4 - С. В. Шостакович в книге «Дипломатическая деятельность А. С. Грибоедова» (М., 1960) придерживается именно этой точки зрения.].

Вместе с тем мы еще в Петербурге видим Грибоедова, томимого страшными предчувствиями. То он намерен и даже очень хочет ехать в Персию, то готов отказаться от этого.

И когда соглашается, вовсе не забывает о своих предчувствиях. Напротив, он как бы идет им навстречу. Так единственным решением вопросов, терзающих героя, оказывается смерть.

Впрямь ли гибель Грибоедова была закономерным итогом жизни, а не только следствием роковой случайности? Была ли судьба его столь сложна, запутанна, противоречивa, безвыходна, как это показывает Тынянов? Еще в конце XIX века известный писатель В. Розанов нарисовал портрет вечно счастливого Грибоедова, впервые в жизни познавшего вкус несчастья лишь в январе 1829 года.

В советские годы иные из историков литературы утверждали, будто Тынянов все переусложнил: и ход истории, и «загадку» Грибоедова.

Однако, желая увидеть вместо тыняновского Грибоедова фигуру более простую и благополучную, они вольно или невольно вступают в полемику не только с Тыняновым, но и с Пушкиным.

По существу, Тынянов первым выполнил пушкинский завет из «Путешествия в Арзрум».