Смерть Вазир-Мухтара

Он больше ничего не знал о его судьбе: верно, его в ту же ночь прикончили персияне. И может быть, к лучшему. Как потом с ними обходились в Тифлисе! А он вел их в страну млека и меда и говорил им речи, наполеонады.

И, нахмурясь, он швырнул пакет с отвращением.

Как, однако ж, обнаглел этот изменник!

И последняя записочка – от Нессельрода, который назначал ему свидание на завтра, перед балом. Самая короткая изо всех.

Все-таки сердце у него стало качаться, как медная тарелка, он вдруг застегнулся на все пуговицы и почувствовал: час пришел.

Он воровато открыл ящик стола и вынул пакет с проектом. Он взламывал печати со своего проекта, как шпион, и взглянул на синие листы с опаской.

Все наступало слишком рано, как всегда наступают важные дни, но медлить более было никак невозможно.

Проект будет принят. Он всеконечно перехитрит Нессельрода, и он хорошо понимает императора.

Проект его был обширен, больше Туркманчайского мира. Все было расчислено, и все неопровержимо.

Он хотел быть королем.

12

– Нынче в Петербурге можно очень просто заработать деньги.

– Рази?

– Нынче в Петербурге не то что в старое время, а находятся очень многие образованные люди.

– Рази?

– Нынче, конечно, обращают много больше внимания на одёжу, кто как одет.

– Рази?

Разговор нумерного и Сашки, которые думали, что он уже уехал, был в середней комнате. За все время Сашка из важности говорил только: «Разве?» Но потом он говорил: «Разве?» – уже из любопытства.

А Грибоедов сидел в плаще и слушал.

Он было ушел и вернулся тихонько.

– Но нужно очень много нынче внимания. Останавливаются важные бары.

– Рази?

– В прошлом году в десятом нумере играли в карты и одного барина полоснули шандалом[146 - Шанда?л – большой напольный светильник с подсвечниками на разветвлениях от ствола.].

– Рази?

Разговор ему помогал. Невозможно идти сейчас к Нессельроду для того, чтобы декламировать.

Если человек задекламирует, дело его пропало.

Он это знал по себе: никто не хотел слушать его стихов для декламации, а в них ведь он весь как на ладони.

Так он было хотел начать свое «Горе…», но потом стал портить для театра, вставлять фарсы, и все восхитились. Так было до?лжно действовать и с Нессельродом.

– С месяца два будет, у нас даже одна американская барыня разрешилась в пятом нумере мальчиком.

– Рази?

13

Один дипломат сказал: «Все настоящие бедствия рождаются из боязни мнимых». Этим он хотел определить свое ремесло.