Время для счастья

Знаешь, где прекрасен антураж, там и живется «попрекрасней». Ну, уж повеселее точно. А нам остается радоваться всему этому, – он обвел рукой комнату. – Радоваться и получать удовольствие. Море, оно и есть море. И можно закрыть глаза на очереди в кафе и не очень свежие салаты и скатерти. Если, конечно, есть такое желание. И любовники есть… ну, посвежее и поудачливей – уж точно. Не такие «писаки» в стол, как я. Да и что это за жалкий удел – сценарист, сценарии которого не берут даже на Казахфильме и киностудии Довженко.

Но все женщины, моя дорогая, придумывают себе истории. Как правило, красивые. И вот когда действительность уж очень расходится со всеми их горячими фантазиями… вот тут и происходит… чепуха. Не выдержала ты, девочка, испытания реальностью. Ничего, со временем пройдет. Хотя это испытание не для слабонервных. Правда, – он сел на стул и закурил сигарету, – правда, не всегда дело только в этом.

Он надолго замолчал.

Марина не выдержала.

– А в чем, интересно? – с сарказмом спросила она, готовая предъявить ему и загаженную сковородку, и брошенное полотенце.

 – В чем же, по-твоему, дело? Философ ты наш доморощенный!

– Какой там философ, – отмахнулся он. – Все просто, как велосипед. Ничего изобретать не стоит.

Она, приподняв брови, с усмешкой смотрела на него.

– И даже еще проще, – он помолчал. А потом, усмехнувшись, сказал: – Просто ты меня разлюбила.

Он затушил сигарету и, взяв книгу и фонарик, вышел на крыльцо.

* * *

Сердце дрогнуло. Дрогнуло.

От его беспощадной правды и… жалости. К нему? К себе? К их любви, которая так спешно, так коварно, так нечестно покинула их?…

Или – только ее? Впрочем, какая разница? Суть от этого не меняется.

А что меняется?

Ее жизнь. Вот что.

И вообще – какая-то глупая ситуация. А глупых ситуаций она не любила. Никогда.

Она укуталась в простыню и зажмурила глаза. «До завтра, – сказала она себе. – Вот завтра и решу, что надо делать. А пока – устала. Так устала, что точно – усну. А вот завтра…» – Она зевнула и… сразу же уснула.

Потому что была еще очень слаба после этой дурацкой болезни. Вот уж повезло, нечего сказать! Такое подхватить. И где! Ветрянка – обхохочешься просто!

Андрей

Он долго сидел на деревянной ступеньке и смотрел в густую, глубокую чернильную ночь. «Вот и все», – подумал он.

Совершенно спокойно. Без истерик – приказал он себе. Да и что, собственно, произошло? Еще одно разочарование, еще один проигрыш, еще один провал.