Таёжные были

Вот тут я мгновенно среагировал и, резко повернувшись к нему, прошептал:

– Тихо! Лось! – приседая и показывая делать так же, снова зашептал. – Собак… собак надо поймать. Только как можно тише.

Расстояние до лося было, по моему предположению, не менее трёхсот метров. Он стоял и обкусывал ветки молодой осинки. Вероятно, из-за этого не услышал нас – увлёкся едой. На наше счастье, обе собаки, завидев наше необычное поведение, подбежали к нам – без проблем удалось прицепить их на поводки. Шёпотом обмозговали план действий: решили попытать счастья в лосиной охоте, тем более что Ермолин на это нас «благословил».

Ничего не оставалось, как открыто подкрадываться к сохатому, лишь маскируясь за отдельными кустиками и болотными кочками. Придётся пожертвовать одеждой – была вероятность вымокнуть. Лично я готов был пойти на это. Для Миши выбрали другую задачу: он с собаками на поводке обойдёт лесочком лося и попытается «толкнуть» его на меня.

Я почувствовал прилив адреналина – такое же чувство когда-то испытал при охоте с алтайцами на марала.

У меня по-настоящему дрожали руки, зуб на зуб не попадал, словно я промёрз насквозь. Миша, держа ещё ничего не подозревавших собак, осторожно углубился в чащу и пропал из виду. Я, не шелохнувшись, сидел на корточках и наблюдал за лосём. Тот продолжал спокойно кормиться, переходя от одного куста к другому, слегка удаляясь от меня. Изредка внезапно замирал и, поводя своими ушами-локаторами, вслушивался. Не обнаружив ничего подозрительного, вновь принимался за трапезу. Прошло около двадцати томительных минут. Мне уже трудно было сдерживать себя, видя, как сохатый постепенно увеличивает расстояние между нами. Вот тут и сказалось отсутствие опыта и нехватка терпения. Не дождавшись, когда мой напарник зайдёт в тыл зверю и стронет его на меня, я решил действовать самостоятельно. Осторожно, стараясь не создавать шума от чавканья сапог в болоте, пригнувшись и прячась за кустиками, начал подход к лосю. Медленно, метр за метром я сокращал расстояние, строго следя за поведением сохатого. Его, по-прежнему, пока ничего не настораживало. Уже прошло около получаса с момента, когда я тронулся с места. Расстояние заметно сократилось, но для верного выстрела было ещё далеко. Подумал: «Миша где-то запропастился – наверное, не сориентировался толком и заложил большой круг». Несколько раз на грани выдержки я прикладывался к ружью, прицеливался, оценивая расстояние, но выстрелить не решался. Чувствовал, что ещё требуется подойти ближе.