Пейзажи этого края. Том 2

– Вот, принес вам двух голубят – вашим детям поиграть, – Майсум почтительно вручил голубей и добавил: – Вы и сами знаете – мы теперь нищие, нет никакого достойного подарка, уж так неловко…

Алимамед усмехнулся и снова скривился от боли. Он взял в руки вращающего в испуге красными глазками голубенка, погладил его мягкие белоснежные перья:

– Какая красивая птичка! – Он пристально разглядывал голубя и постанывал: – Ох! Клянусь печенкой, несчастной жизнью своей… Ах! – он отложил голубя в сторону. – Как жаль! Сейчас еще не время баловаться голубями.

Потом…

Майсум покачал головой и тяжело вздохнул. Алимамед внимательно посмотрел на него.

– Как же далеко это «потом»! Кто знает, увидим ли мы его?

– Вы потеряли веру!

– Да, веры еще осталось немного, но в то же время очень грустно. Лысого сняли, о войне никто не решается говорить. А здесь взорвали атомную бомбу. Сплошное хвастовство… – сбивчиво заговорил Майсум.

Лицо Алимамеда сморщилось еще больше, и он стал как молотком стучать кулаком по правой щеке, где у него была родинка с длинными волосами, – словно хотел выбить этот больной зуб.

– Говорят, совсем скоро приедет в село рабочая группа проводить социалистическое воспитание, – Майсум сделал жалобное лицо и просительно посмотрел на Али.

– Ну и хорошо, – Али говорил будто через нос.

Взгляд Майсума потух, он тихо и меланхолично сказал:

– Повсюду говорят только о классовой борьбе – о классовой борьбе и еще каких-то трех великих революциях…

– Да, – Али стал немного серьезней и перестал колотить себя по родинке, – ситуация очень серьезная.

Целыми днями твердят о том, что ни в коем случае нельзя забывать о классовой борьбе. Но вам-то чего бояться? Истинный владыка бережет вас. Вы каждый день газеты читаете?

– Я не выписываю газет.

– Это почему же? Может быть, вы умеете воровать?

– Что?! Нет, что вы, нет… – Майсум вздрогнул.

– Вы умеете выделывать кожу, ткать ковры, плести циновки, класть печки, сучить пряжу, красить ткани… Нет?

– Нет-нет, вы…

– Не торопитесь.

Другими словами, у вас ничего нет. Вы не владеете никаким ремеслом. – Видя замешательство и недоумение Майсума, Али довольно улыбнулся. – Но вы хотите самой лучшей жизни, хотите превосходить обычных людей – а на каком основании? Что у вас есть?

– У меня есть образование, я кадровый работник…

– А вот это правильно, – кивнул Али. – Культура, теория, политика – вот ваше искусство. Вы, я, все мы – политики.