Пейзажи этого края. Том 2

 – Нияз еще не уплатил налог на забой скота; пусть наша дочь сообщит в налоговое управление.

Нияз возмущенно вскочил, громко двигая стол и скамейку, ни на кого не глядя сказал:

– Ну хорошо, мы еще поглядим! – то ли от возмущения, то ли от переживаний по поводу уплаты налога лицо его стало мертвенно-бледным, Нияза била дрожь – как малярийного больного во время припадка.

– Пока не уходите, – остановил его Лисиди взмахом руки. – Нияз-ахун, подумайте хорошенько, пожалуйста: почему вы так себя ведете? Зачем вы устроили цирк с этой коровой?

Вас в семье восемь человек, при старых порядках вы бы все умерли от голода и холода.

Вам бы горячо любить социализм, быть хорошим членом коммуны…

Слова секретаря не возымели действия. Нияз, не дожидаясь, пока Лисиди закончит, повернулся и вышел, решительно, упрямо и непреклонно, подрагивая своим тучным телом при каждом шаге.

Ильхам, глядя на этот пейзаж, покачал головой:

– Я просто не понимаю: он не помещик, не кулак, а ведет себя так, как ни кулак, ни помещик не посмели бы.

Социализм облагодетельствовал его – а он фактически ненавидит социализм. У него все мысли настроены против социализма и коллектива, ничего кроме смутьянства и безобразий. С такой энергией лучше бы разводил овец или выращивал чеснок – и денег бы заработал… – Ильхаму много еще хотелось сказать, обстоятельно поговорить с Лисиди, но, поглядев на изможденное лицо секретаря, он оборвал свои речи и сказал: – Секретарь, идите домой, отдохните.

– Угу, – буркнул Лисиди, но не тронулся с места.

Сегодня он слишком много говорил, грудь стала словно ватой набитая – ни вздохнуть, ни продохнуть, ни выкашлять… Ильхам это чувствовал, но не знал, чем помочь; он сказал:

– Я принесу вам горячего чая.

На лице Лисиди высветилась благодарная улыбка, но он помотал рукой и тихо спросил:

– Как вы думаете, почему Нияз снова поднимает шум? Может быть, он унюхал что-нибудь?

– И что же он мог унюхать?

– Брат Асим тоже выступил: не пускает Иминцзяна в кладовщики.

Говорит, скоро будут «учить социализму» и всех ответственных работников станут давить и «выпрямлять». Какой-то начальник большой бригады сказал ему, что один такой попавший под разбор бухгалтер из-за страха перед критикой взял да и повесился.

Лисиди кивнул:

– В других бригадах похожая ситуация – всякое разное говорят про новое движение, в том числе было «выпрямлять» и «повесился»…

– Похоже, кто-то специально пускает слухи.