Хранить вечно

– Рома существует уже почти восемь веков, – наконец сказал он, щурясь и потирая правый кулак левой ладонью. – И, судя по размаху империи, будет существовать как минимум ещё столько же. С этим нельзя не считаться. Всякий образованный человек в нынешнем мире должен знать романский язык. Иначе он обрекает себя на самоизоляцию.

– Готовишь сына на царский трон? – улыбнувшись, спросил Саксум. – Вместо Птолемея?

– Ни в коем случае! – сейчас же откликнулся Такфаринас. – И сам этот трон не займу!.

. Пусть правят те, в чьих жилах течёт царская кровь. Иначе не избежать междоусобицы и драки за власть, – он хитро улыбнулся. – Меня вполне устроит маленькая должность наместника Нумидии… Ну, или, к примеру, главнокомандующего объединёнными войсками Нумидии и Мавретании.

Декурион рассмеялся:

– Очень маленькая должность! Почти незаметная!..

– Саксум!!.. Эй, Саксум!! – послышалось снизу.

Из-под веток могучего кедра выскочила и засуетилась фигурка человека в ярко-красном плаще.

– Что?!! – крикнул декурион. – Чего тебе, Кепа?!!

Фигурка призывно замахала руками:

– Саксум!! Скорей!!.. Спускайся!! Есть новости!!

– Что-то случилось, – сказал декурион Такфаринасу, и они вдвоём стали торопливо спускаться по крутому склону, прыгая с камня на камень и хватаясь за ветки кустов.

– А сын совсем не похож на тебя, – оглянувшись и на мгновенье останавливаясь, сказал Саксум. – Наверно, в мать?

– Да… – кивнул Такфаринас. – В мать… Она была очень красивая.

– Была?

– Да… – Такфаринас тоже на мгновенье остановился. – Её убили. Вместе с моим младшим сыном.

– Прости, – сказал Саксум. – Я не знал…

– Ничего… – отозвался Такфаринас, он уже опять прыгал вниз по склону. – Это уже было давно… Шесть лет назад!

– Прости!.. – снова сказал декурион и поспешил следом.

Внизу, приплясывая от нетерпения, их ожидал Олус Кепа. Помимо ярко-красного гвардейского плаща, на нём был надет надраенный до нестерпимого блеска торакс с распластанным на груди могучим золочёным орлом и шлем с поперечным – кентурионским – гребнем.

Торакс показался Саксуму знакомым. Помнится, точно в таком же любил разъезжать по Тубуску трибун-латиклавий Гай Корнелий Рет. Торакс был Кепе явно велик. Несмотря на то, что бывший помощник декуриона, а ныне командир турмы разведчиков, затянул до упора все имевшиеся на тораксе ремни, панцирь сидел на нём, как конское седло на молодом ослике.